Генерал Скала и сиротка

Я зашипела сквозь зубы, но деваться было некуда. Ударю еще раз при новых свидетелях, и мы получим непримиримого мстителя под одной крышей с нами.

Придется вместо броска поднимать лэра на ноги.

— Ах, какая жалость, — ласково сказала я, подтягивая его вверх, — что вы так неудачно упали у самой нашей двери.

— Ты застала меня врасплох, самка пустынного шакала, — тихо пробормотал Рифах, — в следующий раз я сломаю твои тонкие руки. А на твоей сестре женюсь и заставлю ее ползать, надевая мне сапоги. — И, к моему удивлению, продолжил уже громче.

— Здесь странно расставлена мебель, крупным мужчинам не пройти. Благодарю за помощь, прекрасная лэра.

Ого, да меня «секретно» унижают. Неужто думает я не выскажусь в ответ?

Я улыбнулась благожелательно и тоже пробормотала, едва шевеля губами:

— Полезешь к моим сестрам еще раз и оторву ноги вместе с теми самыми сапогами, суслик беззубый. — И уже потом в полный голос добавила. — Вечером надо ходить осторожнее, уважаемый сосед. Мало ли с какими неприятностями можно столкнуться.

— А почему беззубый?

— Потому что к этому все идет.

Метрах в шести напротив по коридору отворилась дверь и из нее выглянула служанка Дацы. Вовремя мы разыграли наш маленький спектакль.

— В тебе течет сильная кровь, — вдруг совсем тихо сообщил южанин. — Нарушения чести не было, взаимная обида закрыта, Хельвин. Но теперь я буду настороже и, возможно, окажу тебе честь встретиться на дуэли.

Он неожиданно вежливо, хотя и несколько скованно, поклонился мне. То ли из-за неудачного удара спиной, то ли еще не обретя местного этикетного лоска. Сверкнул глазами поверх моего плеча, посылая неясный сигнал Мириам. И зашкандыбал к лестнице, откуда навстречу уже неслась наша младшая.

Уф. По самому краю прошли.

— Как ты оказалась дома одна, Мири? — спросила я сквозь зубы, все еще пытаясь изобразить доброе выражение лица. Получалось плохо. Оглянувшийся напоследок Рифах вздрогнул и ускорил шаг, осторожно обходя нашу младшую по малозаметной, но все же существующей дуге.

— Анифа пошла проследить как загружают новые платья в карету. Они не дошиты, и швеи Посольства взялись доделать их за ночь. Не злись! Мы все правильно сделали, кто же знал, что лэр придет, и я ему вдруг так сильно понравлюсь, — зашептала сестра, отступая назад.

О! Где взять сил?!

Сцепив зубы, я проследила как Рифах поднимается на следующий этаж, и только потом вернулась в покои. Нечего привлекать внимание к нашему разговору, и так горничная баронессы с любопытством головой вертит, старается все запомнить.

— А я разбирала лоскуты, когда пришел гость, — шмыгнула сестра. — Сначала такой обходительный был, я и постаралась приветить. Думала друзья нам не помешают. Ну и…он красивый, как из сказки. Хотела задержать его, чтобы с тобой познакомить. Ты у нас одинокая, нецелованная, вдруг бы понравился… Хани, прости меня! Когда ты вошла, я почувствовала себя такой глупой! Зря я с ним наедине оставалась, да?

Ракхотовы сосцы, почему Мириам умная всегда ПОТОМ?! Что за удивительная «коридорная мудрость» ее настигает, когда ситуация уже позади? Сразу и слова ей правильные на ум приходят, и действует она сообразительно. Но все — исключительно после, когда исправить ничего нельзя.