Виражи судьбы, или Встреча в Америке

— Благодарю вас, — сдержанно произнесла Катя. — Простите, у нас деловая встреча, и цветы будут лишними. Рей, вы не могли бы распорядиться, чтобы их отослали мне домой? Не подумайте, что мне неприятен ваш знак внимания, — добавила Катя, когда Рей унес букет. Константина покоробило, что цветов, предназначенных его любимой женщине, касаются чьи-то чужие грубые волосатые лапы. — Просто после встречи нам с мистером Стормом нужно будет обсудить некоторые детали моего нового выступления. Я боюсь, что розы увянут, — Катя слегка улыбнулась, но это была вежливая улыбка, не более того. — Цветам ведь нужна вода.

Катя оставалась спокойной, но Константин нечаянно посмотрел на ее руки: они перелистывали блокнот, вертели карандаш. Она явно волновалась не меньше его, как ни старалась владеть собой. Эта встреча давалась ей нелегко.

Константин подозвал официанта.

— Вы что-нибудь закажете? — обратился он к Кате, давая возможность им обоим прийти в себя.

Она рассеянно заглянула в меню:

— Нет, спасибо, мне не хочется есть. Закажите себе что-нибудь сами.

Константин, глядевший на Катю во все глаза, тоже отложил листок, украшенный замысловатыми иероглифами и орнаментами.

— Пожалуй, я тоже ничего не буду, — отозвался он.

Официант округлил глаза, насколько это вообще было возможно, учитывая то, что он был китайцем.

— Простите, так нельзя, — сказал он, слегка шепелявя, отчего речь его казалась комичной. — Если вас что-то не устраивает, я могу позвать директора ресторана.

— Пожалуй, придется что-нибудь заказать, — усмехнулся Константин, — иначе директор ресторана сочтет это за личное оскорбление.

— Тогда принесите что-нибудь на ваш вкус, — обратилась Катя к официанту. — Все равно, что.

— О-о-о, — протянул китаец, явно довольный, — вы не пожалеете. Я не могу попросить у вас автограф? — вдруг спросил он заговорщицким шепотом. — Простите, если назойлив, но я видел по телевизору отрывок из вашего сольного концерта. Я ваш верный поклонник.

Катя вырвала листок из блокнота и подписала его. Официант, поблагодарив, исчез и вернулся с уставленным разными блюдами подносом.

Ситуация слегка разрядила обстановку. Катя как будто утратила часть своей сдержанности. Константину показалось, что, улыбаясь, она не просто отдает дань вежливости — на этот раз это была настоящая улыбка, которая согревала. Правда, улыбка эта промелькнула так быстро, что Константин еле заметил ее. Катино лицо опять стало спокойным и непроницаемым.

Константин почти решился на серьезный разговор, ради которого пришел сюда, но непроницаемость эта снова сбила его с толку.

— Катя… или Екатерина? — смешался он, не зная, как к ней обратиться.

— Здесь меня зовут Катя, — сказала она. Константину показалось, что голос ее изменился, стал глубже. — Или Катья, кто как может, в силу своих языковых способностей. Но не Екатерина, и тем более не Кейт или Кетрин. Русское Катя — часть моего имиджа.