Дочь убийцы

— Ты мне не веришь? — спросила Яна.

— Сделай мне кофе.

Кучин попытался сменить тему, но Яна уже завелась:

— Ты мне не веришь! А вот я возьму да поверю!

— Кому?

— Элен! Она мне сказала, что это ты Антона нанял! Теперь я ей почему-то верю!

— Все, хватит. — Кучин поднялся со своего места, подошел к ней и мягко, почти невесомо положил руку на ее плечо.

— А вдруг ты его на самом деле нанял? — успокаиваясь, спросила она. — Чтобы проверить меня.

— Не нанимал я его и не убивал, — произнес Кучин, прижал ее спиной к своему животу и замер.

В груди у Яны все замерло в приятном томлении. Его близость волновала кровь, а в большем Яна и не нуждалась. Пусть обнимает ее и дальше, но если вдруг даст волю своим рукам, то она обругает его и скроется в своей комнате. Не надо ей от него пылкой страсти!

— Точно не убивал?

— Да нет же! — Кучин тонко чувствовал ее, не пытался перейти грань, стоял, не шевелился, мягко прижимал Яну к себе.

Она захмелела в этих его теплых, но небурлящих объятиях и вдруг неожиданно для себя сказала:

— А надо было.

Может, она и любила Антона, но не поклонялась ему, знала, какое он ничтожество.

— А если я собирался?

— Но тебя опередили, — вспомнила она.

— Опередили.

— Кто?

— Какая разница?

— А ты знаешь?

— Может быть.

— Скажи!

— Не могу.

— Ты дал слово?

— Вроде того.

— Но мне же ты можешь сказать? — раззадорилась вдруг Яна.

Не так уж и важно, кто убил Антона. Сейчас ее больше интересовала сговорчивость Кучина. Если он желал на ней жениться, то должен был пожертвовать своим словом, данным кому-то, раскрыть секрет. Она очень хотела, чтобы Кучин это сделал. Даже больше из вредности, чем из любопытства.

— Не могу.

Яна оттолкнулась от Кучина, вскочила с табуретки, повернулась к нему лицом и обвила руками его шею.

— Если скажешь, я вся твоя! — с озорным вожделением пообещала она.

Почему бы ей и в самом деле не погрузиться в омут с головой? Не так уж и мало в нем чертей. Она уже сейчас готова была потерять рассудок.

— Может, и не было никакого слова? Вдруг я ничего не знаю? — сказал он.

— Тогда это ты убил Антона.

— А если я?

— Из-за меня?

Если Денис такой жестокий, что может убить человека, то почему бы ему не показать свою решимость и силу в действии? Убивать никого не надо, а вот развить ураганный порыв, подхватить Яну на руки, перенести туда, где от сильных чувств срывает крышу.

Тут в дверь вдруг кто-то с силой ударил. Она пугливо вздрогнула, он нахмурился. Яна спустилась с небес на землю, а Кучин пошел на звук.

В гостиной он остановился возле дивана, просунул руку между сиденьем и подлокотником и выдернул оттуда черный пистолет. Кучин взял его в правую руку, а левую навел на Яну, требуя оставаться на месте.