Китайский секрет для мистера Форда

Шведский свитер с вязаным воротом – две шт.

Дюжина рубашек «Эрроу», запас манжет и воротничков к ним.

«Переносная домашняя головомойка двойного действия Спонж и Ко».

Дюжина кусков марсельского мыла.

Проч. др.

Кое-что в саквояж не влезло. Это были две тяжеленные пахнущие мокрой собакой енотовые шубы. (В России очень холодно и без шубы можно замерзнуть на улице насмерть). Шубы были сданы в трюм, едва только купили билеты во второй класс на на пароход “Fürst Bismarck”, отправлявшийся в Гамбург из Нью-Йорка. На борту его двое джентльменов провели пять незабываемых дней.

– Может, возьмем третий класс? – не очень уверенно спросил М.Р., когда компаньоны подходили к кассе. – Все-таки почти втрое дешевле… а?

– Путешествие третьим классом, – ответил ему Д.Э. (от пафоса он казался еще более долговязым, чем обычно), – сделает человека неджентльменом. Если ты плыл третьим классом, ты уже потом долго не будешь джентльменом. Очень долго. У тебя это будет в одежде, в походке, ты даже можешь дважды в день бриться – и все равно окажется на лбу написано: «нищеброд, путешествует третьим классом». Ты соображаешь, что говоришь? Нам в высшее общество, а он – «третьим классом»!

М.Р. Маллоу возразил бы. Он знал, что до самого путешествия в качестве палубного матроса на китобое «Матильда» семь лет назад, его компаньон не бывал нигде дальше Бостона. Но он, еще в детстве пересекший Атлантику очень хорошо знал, что Д.Э. прав. И двое джентльменов взяли билеты второго класса и прошли в свою двухместную каюту. Обозрев ее, Маллоу (который, правда, только вторым классом и путешествовал) пренебрежительно сообщил, что каюта второго класса отличается от каюты первого класса только отсутствием ванной. Ванная была одна на всех пассажиров и приходилось записываться в очередь. Все прочее – и нестерпимая жара внутри, и продирающий до костей холод на палубе, куда вам так хочется выйти подышать, покуда вашего соседа тошнит, и качка – все было таким же точно, как и в первом классе. Пять дней и четыре ночи компаньоны страдали то от жары, то от холода, выбегая на палубу, чтобы немедленно спастись оттуда бегством. Ни ванны. Ни приличного обеда, который не вызвал бы у вас бури в желудке. Никаких прогулок по палубе. Только рев шторма, непрерывная качка и въевшийся в белье запах блевотины.