Невеста-воровка, или Украсть сердце Повелителя

Его холодный голос не предвещает ничего хорошего, как и выражение лица без каких-либо эмоций.

Идиотка! Надо было остановиться и подумать, а не решать спонтанно. Вздыхаю и направляюсь к выходу, но не иду сразу к покоям Повелителя, мне нужно отдышаться и подумать. Что я могу сказать в свое оправдание? Не слишком ли много я знаю того, чего не должна знать юная эльфийка? Он уже однажды простил меня, и я обещала вести себя сдержаннее. Как оправдаться?

Не знаю элементарных вещей о своей расе, о магии, но прекрасно осведомлена о гномах. Подозрительно? Очень.

Сажусь на скамью в беседке и закрываю лицо руками. Мне нужно что-то придумать, а то меня не просто выставят из дворца и с отбора, а еще и по подозрению в шпионаже, не дай бог. Вот уж чего мне совсем не хочется. А еще меньше — провести следующие пятьдесят лет в каком-то замке в глуши.

— Разве я не велел вам идти к моим покоям? — раздаётся рядом, и я подпрыгиваю от неожиданности.

— Теоллар!

Тут уже его очередь замиреть, услышав свое имя. Но он ведь разрешил мне так называть себя наедине! Можно я воспользуюсь данным разрешением сейчас? Вдруг смогу смягчить его.

— Ну что ж, тогда поговорим здесь. — Он делает размашистый жест рукой, видимо используя магию, но мне ничего не видно. Подтверждает мою догадку, — теперь нас никто не услышит.

Ну точно, какой-то полог!

— Простите мою дерзость! — выдаю сразу же. Ничего не остаётся, как просить прощения. Лучше самой признать вину, чем делать вид, что ничего не понимаю и ждать наказания.

Прищуривается. Но не спешит отвечать, а я так и стою втянув голову в плечи и кусая губы. Жду реакции.

— Откуда вам известно о короне? Неужто от того старого гнома, о котором вы мне рассказывали? Скорее всего. Иначе вы не могли узнать. — Он все домыслил за меня. Сам придумал мне оправдание. Прикрываю глаза, чувствуя благодарность и одновременно неприятный укол. Он хочет мне верить, а я… Я всего лишь обманщица…

Нет, стоп! А он — убийца!

Но верю ли я в это? Наше более близкое знакомство показывает, что он совсем не такой, как мне говорили. Не мог он убить… То есть отца мог, наверное, но мать и ребенка — нет!

«Да что ты о нем знаешь, Вьена? — вдруг просыпается внутренний скептик. — Разумеется, не один нормальный человек, то есть эльф в данном случае, не станет признаваться потенциальной невесте в своих грехах и объявлять себя убийцей женщин и детей. Конечно же, он будет себя оправдывать. Он ведь миротворец, а не захватчик. Так что, стоит ли ему верить, жалеть? Поэтому еще не знаю, кто из вас хуже».

— Да, вы правы, это старый слуга отца, — признаюсь, напрочь забыв, какое имя придумала сему вымышленному персонажу. Надеюсь, не спросит.

— И что же он вам рассказал? — Теоллар приподнимает брови, готовясь слушать.

Черт. Ему мало, что ли, этих объяснений? Заставляет меня все больше врать. Плохо дело. Я уже кое-что подзабыла.

— Не много. Только то, что гномы уверены — Священная корона у вас. А Вильдебрант жаждет ее получить обратно… Это так? Она у вас?