Стальная империя-2

– Их было не меньше трех десятков, сэр. Около пяти – большие, типа «Ярроу»[27], они шли во второй волне вместе с этими адскими крейсерами-скаутами, и множество мелких, французского типа «Курье»[28] в первой.

– Почему же они пустили первыми старые миноносцы? – спросил адмирал.

– Видимо, из-за меньшей заметности. Судя по тому, что «Курье» вспыхивали от попаданий, как спички, русские поставили на них бензиновые моторы. В результате их трубы не искрили и дыма над ними не было видно, что резко затруднило стрельбы расчетам противоминных орудий.

– Понятно, – нахмурился адмирал. – Наши потери помимо «Марса» и «Тезеуса»?

– Зафиксированы еще три попадания: два в «Булварк», но, к счастью, по разным сегментам сети, и одно – в «Принца». Его сети тоже выдержали. Шесть наших дестройеров пропали, видимо, уничтоженные орудийным огнем и торпедами, еще один пришлось затопить вследствие тяжелых повреждений. А поскольку «Курье» были вооружены пулеметами пятилинейного калибра, пробивавшими стены рубок наших легких кораблей, даже на уцелевших дестройерах имеются тяжелые потери в экипажах.

– А у русских?

– Мы наблюдали три бензиновых костра, сэр. Остальным удалось уйти.

– Три из скольки? У нас есть пленные?

– Мы подняли из воды одного офицера и двух матросов, все – с тяжелыми ожогами. Офицер и один из матросов умерли, последний русский вряд ли доживет до утра.

– Нам даже не удастся его допросить и узнать, сколько еще этих чертовых миноносцев прячутся в Моонзунде?

– Боюсь, что нет, сэр. Наши моряки утверждают, что у русских было минимум два быстроходных скаута, утыканных четырехдюймовками как еж иголками, и на их счету четыре наших дестроера, а скорее всего и больше: миноносцы русских не демаскировали себя стрельбой, что еще больше затруднило оценку сил противника, сэр. Истребителей типа «Ярроу» было от четырех до шести, причем на них установлены по три двенадцатифунтовки и один трехтрубный минный аппарат. А количество моторных «Курье» оценить невозможно, но их явно осталось не меньше десятка.

– Вот и ответ, Эшетон, – усмехнулся тихо сидевший в углу штатский.

– Ответ на что, Алан?

– Ответ на вопрос «почему русские бросили все силы на укрепление Моонзунда». Вы просто не в состоянии пройти от Либавы до Финского залива за один световой день. А ночью или даже в июньских сумерках эти парни выскочат из лабиринта, благо они всегда будут в курсе вашего местоположения. Уверен, как минимум один такой отряд прячется в шхерах Финляндии. Русские построили на Балтике три новых крейсера-скаута с турбинным ходом и германскими орудиями – «Жемчуг», «Изумруд» и «Боярин». А сегодня ночью нас посетили только два…

– Коварные твари, – тяжело вздохнул адмирал. – Теперь у нас нет иного выхода, кроме как занять эти острова и Рижский залив.

– Быстрой победы не будет, Эшетон, – печально вздохнул Алан.

Все трое, вместе с младшим из моряков, задумались, будет ли победа вообще.