Другая музыка нужна

Шиманди подставил колоду солдату, который готовился сорвать банк. Солдат снял дрожащими руками верхнюю карту, склонился над ней. Никому не показал. Боялся, как бы у Шиманди не оказались сообщники, которые передадут, какую он карту вытянул. Солдат вытащил семерку. У него было восемнадцать очков!

— Довольно! — бросил он хрипло, но тут же улыбнулся, делая вид, будто ему девятка досталась. (Шиманди следил за каждым движением его лица.) — Довольно! — повторил солдат и засвистал.

Шиманди сдвинул брови. Привычными пальцами снял одну карту, потом вторую, да так, что первая тут же закрыла рисунок второй. Затем обе поднес к глазам и тонкими пальцами стал подталкивать кверху вторую карту. А сам все время следил за солдатом, игравшим ва-банк. Это был приказчик универсального магазина. Шиманди смотрел ему в глаза, чуть не гипнотизируя и презрительно скривив губы: «Со мной вздумал в очко тягаться! Эх ты, фрайер!..» — говорила его улыбка.

Все старались придвинуться ближе, чтобы угадать, какие карты достались Шиманди, но при этом держали руки на столе. Под ними лежали деньги. А Шиманди не торопился. Он чуточку подвинул кверху нижнюю карту. Остановился. Потом опять подвинул. И когда еще никому в голову не могло прийти, какая это карта, Шиманди знал уже безошибочно: он вытащил валета, и в руке у него одиннадцать очков. Потянул новую карту из колоды. За его тонкими пальцами следило пятнадцать пар глаз. А Шиманди опять «дегустировал» пальцами колоду. Секунда, две, три, четыре! Пять, шесть, семь, восемь, девять, десять…