Страсть умеет лгать

Она покраснела и опустила голову. Волна светлых волос стекла по плечу, закрыв лицо как занавесом, и ему захотелось откинуть их и заодно ощутить их шелковистость и легкость.

— Да. Странно, что вы его не узнали. Он почти на одно лицо с вашим сотрудником, Ульрихом.

— Ульрих вне подозрений, это не один и тот же человек.

— Тогда… — она прикрыла глаза, сделав мучительную паузу и выдохнула. — Тогда это и есть Эдик Гникович, бывший одноклассник. Но… я не знаю, чье это воспоминание. Мое или Мишель-Марии… Господи, не верю, что я попаданка!

Так… надо сразу разобраться с этим рождающимся комплексом.

— Мы не любим этот термин, — слегка поморщился Артур. — Он в корне не верен в большинстве случаев. Между вероятностями границы не определены, как квантовый спин у частиц. Если спин определяется только в момент измерения, то у вероятностей — в момент “встряски”, судьбоносного расхождения. Большую часть времени вероятности представляют собой облако событий, а человек, как внутренний наблюдатель, плавает в этом облаке. Вы даже не представляете, как часто человек попадает из одной своей вероятности в другую, с одного уровня на соседний. Можно сказать, все мы попаданцы из прошлого в будущее, из вероятности в вероятность. Поэтому мы в корпорации и говорим о вероятностном потоке. Множество таких пересекающихся, переплетающихся потоков создают альтернативную реальность или альтернативный мир. Вы потом научитесь их видеть. Вы уже умеете их видеть, как прирожденный дайвер. Остается только вспомнить об этом умении.

Она подняла на него взгляд и улыбнулась:

— Вы потрясающе умеете вдохновлять.

— Взаимно, — вернул он улыбку. — Начните рассказывать, Элина. Может быть, вы сумеете отделить один мир от другого и понять, чьи это воспоминания. Я помогу вам разобраться, разбудить вашу истинную память. А чтобы раскрыть глубинное, необходимо удалить самые сильные загрязнения, полученные уже здесь.

Хотя Артур поставил бы на то, что это ее собственные воспоминания. Из того, другого мира. Невозможно испытывать при чужом воспоминании такую бурю эмоций, которая даже вырвала его от безопасников во время допроса Кати, почему он и примчался так вовремя в кабинет Мика и успел остановить Ульриха. Впрочем, с женщинами все возможно. Большинство их них прирожденные эмпаты.

— Если вам некомфортно рассказывать мне, то попробуйте забыть о моем присутствии, смотрите туда, — он показал второй рукой на стену с дисплеями, где остался только один работающий экран — колесо, медленно вращавшееся на заставке.

Элина перевела взгляд, помолчала с минуту, наблюдая за его вращением. Артур не торопил. И девушка, снова вздохнув — глубоко, как перед прыжком в воду, — начала рассказывать.