Реактор. Черная быль

Инспектора МУРа Фролова Данилов знал шапочно – пересекались пару раз по каким-то незначительным делам. Тем не менее определенное мнение составить успел – парень хваткий, дерзкий, такого нахрапом не возьмешь.

На Петровку,38 адвокат явился без звонка. Фролов узнал его сразу, даже имя отчество вспомнил без труда:

– Каким ветром, Евгений Петрович?

– Попутным, но резким, – в тон ему ответил Данилов. Протянув для ознакомления ордер, пояснил: – Тут у меня по делу моего подзащитного Гелия Леонидовича Строганова одна неувязочка вышла по вашей линии, вот и решил прояснить.

Фролов рассказ защитника о его встрече с пенсионером Кошеватским выслушал с непроницаемым видом, потом зловеще осведомился:

–Вы что же, товарищ Данилов, частным сыском занялись? Так он у нас в стране запрещен.

– Товарищ капитан, не забывайтесь, я у вас не на допросе нахожусь, – Данилов специально обострил разговор, чтобы сбить с опера спесь. – Я действую исключительно в рамках, дозволенных мне законом, и в соответствии с регламентом деятельности адвокатуры. Итак, по существу дела. Во время допроса вы заявили моему подзащитному, что у него при обыске было изъято золотое кольцо с драгоценным камнем, которое значится в розыске как ворованное. Вряд ли вы, человек опытный, не сумели отличить кустарную подделку от настоящего ювелирного изделия. Но даже если такое и допустить, то уж экспертиза дала бы точное заключение. Однако акта экспертизы о стоимости кольца гражданину Строганову предъявлено не было.

– Пойдем дальше, – продолжал Данилов, не давая возможности капитану вставить ни слова. – Свидетель Кошеватский пострадавшим себя не считает, заявление свое забрал, но кольцо по непонятным причинам оставалось у вас. Теперь, наверное, мне следовало вам задать вопрос: почему эта безделушка не была возвращена владельцу и как данная фальшивка, находящаяся в служебном сейфе сотрудника МУРа, попала к моему подзащитному? Но я не стану задаватьвам такого вопроса. Подобного рода выяснения входят в компетенцию службы собственной безопасности, а отнюдь не в адвокатскую, – прозрачно намекнул Данилов.

– Чего вы хотите?

– Я хочу, чтобы эпизод с кольцом был изъят из дела, – твердо ответил защитник.

– Но дело уже находится у следователя…

– А вот это меня совершенно не касается. Умели напачкать, умейте и подтереть.

Фролов явно смешался, стал путано объяснять, что инициатива в этой разработке принадлежала не ему, а капитану БХСС Осокину, он просто решил помочь коллеге. Понимая, что Фролов попросту переводит стрелки и, сдавая Осокина, пытается отвести от себя удар, он, теперь уже более жестко, повторил:

– Эпизода с кольцом в деле быть не должно.

– Вы что, мне условия ставите?! – взъярился было Фролов. Но адвокат тут же его пыл остудил:

– Конечно, условие. Я рад, что вы меня абсолютно правильно поняли.

Когда было необходимо, Евгений Петрович умел быть беспощадно жестким.