Повседневная жизнь Древней Руси

Древляне, готовые к применению насилия, были настолько сражены любезностью приема, который оказала им Ольга, что не обратили внимания на понятные нам сегодня нюансы. Они услышали предложение лечь в ладье спать, «величаясь», — и нисколько не обеспокоились. Как же они не заметили очевидного: что в ладье русы сжигали знатных покойников? Причем тело усопшего клали в ладью именно перед началом траурных церемоний…

Благодаря сочинению замечательного арабского путешественника Ахмада ибн ал-Аббаса Ибн-Фадлана, который побывал в 922 году на берегах Волги, мы имеем яркое и детальное описание похорон знатного мужа у русов — народа прекрасного телом и воинственного духом, — которым автор уделил особое внимание. Я не перескажу, но процитирую этот великолепный текст[104], давая пояснения в скобках, дабы не быть заподозренным в приукрашивании.

Итак, русы рассказывали Ибн-Фадлану много интересного о своих языческих обычаях. Араб особенно заинтересовался обрядом похорон, которому сам стал свидетелем. На его (и наше) счастье, у русов случилась смерть «выдающегося мужа из их числа. И вот они положили его в его могиле и покрыли ее крышей над ним на десять дней, пока не закончили кройки его одежд и их сшивания. А это бывает так, что для бедного человека из их числа делают маленький корабль, кладут его в него и сжигают его, а для богатого собирают его деньги и делят их на три трети — треть для его семьи, треть чтобы для него на нее скроить одежды, и треть чтобы приготовить на нее (хмельной напиток) набид, который они будут пить в день, когда его девушка убьет сама себя и будет сожжена вместе со своим господином; а они, всецело предаваясь набиду, пьют его ночью и днем, (так что) иногда один из них (умирает), держа чашу в своей руке».

Эта преамбула о всеобщем обычае русов-путешественников к сжиганию мертвецов в лодке или ладье и их традиционном «руси есть веселие пить» могла бы насторожить ученых, почему-то уверовавших, что Ибн-Фадлан пишет о скандинавах. Правда, скандинавы хоронили знатных покойников в драккарах, а менее знатных в лодках, помещая туда неповрежденный скарб и аккуратно засыпая их землей. Благодаря этому замечательному обычаю мы имеем прекрасно сохранившиеся суда, неповрежденное оружие и множество чудесных предметов быта древних скандинавов. Сожжение покойных со всем их скарбом было характерным погребальным обрядом восточных славян. Кроме того, при всей детальности скандинавских саг, в них нет сведений о том, что отважные купцы и викинги брали в поход жен и наложниц. С женщинами путешествовали (в том числе, судя по договорам руси с греками, в Царьград) славяне и русы. Жены, которым русские мужи отдавали свои драгоценности, наложницы и даже дети изобиловали в их лагере. Разумеется, обделенный женской лаской небогатый араб обращал на них особое внимание всегда и в описании погребального обряда в частности:

«И если умирает главарь, то говорит его семья его девушкам и его отрокам: "Кто из вас умрет вместе с ним?" Говорит кто-либо из них: "Я". И если он сказал это, то это уже обязательно, так что ему уже нельзя обратиться вспять. И если бы он захотел этого, то этого не допустили бы. И большинство из тех, кто поступает (так), — девушки».