На заре новой эры. Автобиография отца виртуальной реальности

И лечит, и калечит

Гомункулярную подвижность десятилетиями изучали в лабораториях всего мира, поскольку это отличная возможность понять связь мозга с остальным телом.

Здесь следует особо отметить двух ученых. Один из них, Мел Слейтер (Барселонский университет и Лондонский университетский колледж), провел несколько замечательных экспериментов, например проверил, могут ли люди научиться пользоваться хвостом, если хвосты есть у их аватаров[58]. Ответ: люди замечательно пользуются хвостом. Мы лишились их сравнительно недавно в масштабах эволюции, так что наш мозг совершенно не удивляется, обнаружив их на своем месте. Это лишь случайный пример из его долгой карьеры; не могу воздать должное работе Мела здесь, но пристально слежу за ней.

Я очень ценю Джереми Бейленсона из Стэнфорда. Мне довелось с ним поработать, когда он был еще студентом, а теперь он заведует впечатляющей лабораторией по всестороннему изучению аватаров[59]. Его работа смелая и запоминающаяся. Он изучал, как меняется восприятие людей друг друга, когда их аватары меняются. Увы, социальный статус человека меняется, когда его аватар становится выше, и работа Джереми может многое рассказать нам о расизме и других неприятных сторонах нашего характера.

Вместе с Джереми мы решали непростую долговременную задачу по составлению диапазона возможных аватаров. К телам каких существ люди адаптированы или преадаптированы?

Иногда студенты Джереми проходят практику в моей лаборатории. Должен отметить один недавний случай. Андреа Стивенсон Вон, тогда студентка, а ныне преподаватель в Корнелле, в 2015 году разработала прототип приложения по устранению боли при помощи аватаров.

Замысел таков: пациент с хроническим болевым синдромом рисует виртуальные татуировки на тех местах, где чувствует боль, а затем общается с людьми в смешанной реальности, где татуировки социально допустимы. Затем врач заставляет татуировки растекаться по коже и исчезать. Ее работа может стать шагом на пути к снижению субъективного ощущения интенсивности хронических болей.

А еще это способ использовать неприятные эффекты, которые зафиксировал Джереми, во благо. Конечно, виртуальной реальностью можно запугать людей, сделать их подобострастными или, наоборот, расистами, специально подстроив нужный дизайн аватаров, но, возможно, нам удастся и вылечить болевой синдром.

У меня не хватает слов, чтобы сказать о том, насколько еще молода наука о виртуальной реальности. Мы до сих пор знаем слишком мало.