Оковы призрачных вод

Да какое мне до них дело? Я за никсом пришла. Если его держат в ванной и окуривают всей этой отравой… Ну, вообще, от рябинового дыма ему будет худо, но умереть точно не умрет. А из этой хлещет, как из прорванной канализации.

Эйтлинн шагнула к младшей викканке — ее рвало, но она была по крайней мере в сознании.

— Где здесь телефон? И аптечка? Ну? Живо!

Покончив с перевязкой и обработкой антисептиком, она еще раз повторила распоряжения (сидеть здесь, молиться Богине, ждать приезда скорой помощи) и наконец торопливо открыла запертую на щеколду дверь ванной комнаты. То, что там никто не принимает душ и не чистит зубы на ночь было уже очевидным. Курильницы дымили буквально отовсюду, даже из рукомойника поднимались, по меньшей мере, три серых струйки-мышиных хвостика. Масла. Эфирные масла рябины, горькой полыни и прочие «антифейские» благовония. Хитро. Эйтлинн повело еще сильнее, комната завертелась, точно безумная акрилово-белая карусель. Кажется, полынь пронимает ее сильнее, чем рябина. Надо же. Всегда думала, что она дурманит только водяных фейри. А я кто? Я не водяной. Я же демон шторма. С чего мне полыни бояться-то?

Длинная шелковая шторка над самой ванной, откуда доносилось чуть слышное журчание воды, была аккуратно задернута. Придерживаясь за кафельную стенку и то и дело роняя лампы-курильницы, Эйтлинн добралась до нее и рывком потянула ткань влево. Потом вцепилась в керамический край ванны, чтобы не свалиться на пол. В глазах двоилось.

В заполненной до половины ванне, скрючившись в позе эмбриона, лежал голый никс. Ну, Эйтлинн полагала, что это все-таки он, хотя узнать Нёлди сейчас, наверное, не смогла бы и родная мать. Разглядеть толком, что именно случилось с никсом, Эйтлинн все еще не удавалось, но она чувствовала, что его тело похоже на обезображенную свиную тушу, на которой долго испытывали остроту заточки. Макушка, голая как колено, упиралась в дальний угол, распухшую шею охватывало стальное кольцо с толстой цепочкой, протянутой через душевую стойку, второй конец цепи шел к паре таких же стальных шипастых наручников на запястьях никса.

Ах вы ж сучки! А я вас еще спасаю, в скорую звоню! Черный тайфун злости привычно закрутился где-то под солнечным сплетением — та неконтролируемая стихийная вспышка сила, что случались с Эйтлинн едва ли не с первых дней пребывания в Маг Мэлле. Идти обратно к этим мерзавкам и требовать ключ от наручников — скорее всего, только время даром терять. Где-то внизу уже выла «сирена» скорой помощи. Только нам с тобой она не поможет, Нёл. Надо делать ноги отсюда. Стойка душа хрустнула, как деревянный карандаш. Эйтлинн осторожно протянула цепь сквозь пролом и подхватила распухшее, кровоточащее тело никса на руки. Матерь богов, да его просто нашпиговали сталью! Должно быть, сотни две проколов и в каждом по стальному кольцу. Уши, нос, брови, губы, соски, пупок, гениталии — все, что только можно колоть. Такая доза стали под кожей если и не убьет (хотя убить тоже запросто может), то паралитиком точно сделает.