Отрави меня собой

— Когда, говоришь, это было? — спросил Артём.

— Пару дней назад, может больше. В универе. А что?

Лавров яростно заиграл желваками. Сопоставить не трудно. Именно после разговора с Кирой Фроловой Медведева выпала из реальности. Эта мелкая сучка Кира решила своими мерзкими ручонками и гадким языком запятнать то светлое, что появилось в его жизни с Олей. Что знала о ней холеная богатая девица? Понимала ли, через что ей пришлось пройти? Киру волновали тусовки, дорогие побрякушки да шматье. А еще собственная персона и желание чтобы все и всё крутились вокруг нее. Артём раскусил ее с первых дней знакомства. Их и связывало-то только одно — они золотые мажорные дети.

С Медведевой все по-другому. Да, он подсел на нее, как гребаный нарик. Нуждался в ней на каком-то молекулярном уровне. Не исключал, что потребность в Ольге ослабеет уже после первого секса, но судя по внутренним ощущениям — нет, не ослабеет. Окрепнет. Их тянуло друг к другу словно магнитом. Им было вместе комфортно и хорошо. Только рядом с Олей он чувствовал себя настоящим и живым. Она выворачивала его нутро наизнанку своими словами, заставляя пересматривать свои взгляды открытым отношением и простыми человеческими поступками. Сам того не желая, он анализировал свою жизнь. И была ли уже жизнь без Медведевой? Он, равно как и остальные из его окружения, прожигал ее в клубах, спускал на элитный алкоголь, не отказывая себе в роскоши нигде и никогда. И все, что раньше он принимал за вкус жизни, оказалось вкусом власти и денег. И если уж совсем честно — деньги-то отцовские. Это его каторжный труд на заре создания строительной империи обеспечил безбедное и безоблачное будущее сыну. Так кто же такой Артём Лавров без отцовского капитала? Беспринципный мажор, знающий о своей безнаказанности и неприкасаемости. И только Медведева утерла ему нос, наплевав на его статус и не желая иметь с ним ничего общего. Задело. За живое, которое ему по этому самому статусу вроде как и не положено. Нет. Ни на кого Медведеву не променяет! Такого общения, как с Ольгой, в его мирке днем с огнем не сыщешь. Это отрава с разноцветными глазищами заставила его жизнь, пресыщенную от вседозволенности, заиграть яркими красками и наполнила ее разнообразными вкусами и запахами. Особенно ему нравился аромат ее волос и кожи. А когда-нибудь он доберется до Ольги по-настоящему. И дать Кире все вот так похерить?! Ни за что.