Сладкое зло

— Извини, — сказала я ему. — С моей стороны это было самонадеянно. — Но она…

— За что, во имя всего, ты извиняешься?

Его взгляд казался мягким, что застало меня врасплох. Я опустила глаза, чувствуя себя совсем плохо. Движение на дороге постоянно прерывалось остановками.

Погруженный в собственные мысли, Кайден не отрывал глаз от дороги.

— Легионер, — сказал он.

Мое внимание переключилось туда, куда он указывал.

— Нашептывает вон тому человеку в синем костюме. Если легионер двинется в нашу сторону, я попрошу тебя спрятаться. Будь готова.

Я кивнула и сползла пониже на сиденье.

Я все еще не могла видеть демонов, но я смотрела на мужчину, идущего по дороге, с телефоном, прижатым к уху. Его ангел лихорадочно кружился вокруг него.

Мужчина щелчком закрыл телефон и остановился.

Казалось, он колеблется в нерешительности, оглядываясь по сторонам, чтобы проверить, не наблюдал ли кто-нибудь за его действиями. Затем он развернулся и решительно направился к женщине, стоявшей у тонкого шеста. Она была обтянута в черное кожаное платье с накидкой из искусственного меха.

Проститутка.

Она уронила сигарету и раздавила ее ногой. Цвет ее ауры от нервного бледно-серого, при его приближении, сменился на светло-синий цвет облегчения, когда он передал ей деньги.

Когда они удалялись прочь, вокруг мужчины клубилось грязное облако вины и мрачного предчувствия, смешавшиеся с желто-оранжевым возбуждением.

— Отец будет удовлетворен, увидев, что один из его приспешников добился успеха, — с презрением произнес Кайден. — Мне не следовало тебя сюда привозить.

Теперь я оторвала взгляд от людей, и вместо этого стала рассматривать руки Кайдена, лежавшие на руле, и его длинные ноги — на педалях.

Это занимало меня до тех пор, пока мы не выехали из города, назад на шоссе, где я могла разглядывать городские огни.

Кайден протянул мне телефон — скоро должна была позвонить Пэтти. Я разговаривала с ней, пока он регистрировал нас в отеле.

— У тебя грустный голос, дорогая, — заметила Пэтти.

— Мы только что свернули с Голливудской дороги. Там очень много страдающих. Но я не хочу думать об этом сейчас. Сегодня был хороший день.

Я рассказала ей о резервации коренных американцев и о мексиканском ресторане. Ей понравилась каждая деталь.

Я была рада услышать, что напряжение в ее голосе пропало.

— Будь сильной завтра, Анна. Все будет хорошо. Я, просто, знаю это.

— Я скучаю по тебе, — произнесла я, выдохнув. — Как бы я хотела, чтобы ты обняла меня, как прежде.

— Я тоже очень сильно скучаю. А вот и объятия.

Она издала смешной звук, словно прижимала меня к себе, и я рассмеялась.

— Созвонимся завтра в это же время?

— Да, — ответила я. — Я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, милая.

Мы легли на наши раздельные кровати, размышляя, что делать дальше. Мы не были усталыми, хотя уже переоделись в пижамы. Для меня оказалось неожиданностью, когда Кайден переоделся тоже, но я постаралась ничем этого не выдать.