Пока ты спишь - враг качается. Часть 2. Дикий гринд
- Автор: Комаров Владимир
- Серия: Наездник [Комаров] #2
- Язык: русский
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Пока ты спишь - враг качается. Часть 2. Дикий гринд». Краткое содержание книги:
ВНИМАНИЕ! Это вторая книга цикла. Первая книга полностью бесплатна.
Я же тренировал бойцов. Тягали тяжелые камни, лазили по деревьям, обучал рукопашному бою. Все это делали на полянке перед воротами, предварительно оборудовав себе местечко.
Деда Петя выходил к каждой тренировке. Он садился на лавочку, доставал трубку, которую набивал своим самосадом и, дымя и прищурив глаз, с интересом наблюдал за тренировками.
— Я вот че думаю, — сказал он мне, когда я потный и слегка поцарапанный после славной драки в полный контакт, плюхнулся рядом с ним, — смотрел я, значит, давеча олинпиаду в Токиво, гимнасты там выступали. На кольцах да на брусьях. Хорошо выступали, красиво. Да токмо они вам даже и в подметки не годятся. Особливо вон той девке, — он ткнул концом трубки на Лену, которая почти не помогая ногами, взбиралась на тонкие сосенки, что гнулись под ее весом, а затем ловко перепрыгивала на другой ствол.
— Не простые вы ребята, скажу я вам, — закончил старик свое наблюдение.
— Правильно думаешь, дед Петя. Из-за этого и бежим мы от властей. Что другие мы. Не хотим мы, чтобы все под одну гребенку были, чтобы радовались или грустили только тогда, когда нам разрешат. Чтобы за нас все решали.
— Все так плохо что ли? По телевизеру дак наоборот, все щасливые ходют, радуются, что им штуку ту чудную воткнули, — клуб дыма, выпущенный им изо рта, напомнил череп.
— А когда по телевизору правду-то показывали? Там всегда все довольные да радостные ходят. Да только видел я такое, что никогда в жизни, ни по каким каналам показывать не будут.
— Твоя правда, сынок. Я грустных по ящику ентому проклятому видел только когда Андропова хоронили, шоб ему ни дна, ни покрышки, — старик плюнул со злости.
Затем, закряхтев, достал из кармана чистую тряпицу и, уместив ее на коленях, начал аккуратно разворачивать. Внутри оказался маленький кнопочный сотовый телефон. Сощурив глаза, дед неумело ткнул кнопку, отчего небольшой экран засветился желтоватым светом. Поднеся телефон поближе к лицу, старик старательно изучил экран:
— Эх, нелегкая, — в сердцах наконец сказал он.
— Что такое, дедушка?
— Да не звонят сынки-то мои. Уж второй месяц ни слуху ни духу. Я ж все, как они сказали, делаю. И заряжаю-то его кажный день, и в тряпке вон чистой держу, шоб грязь кака не попала. А они не звонют и не звонют.
— А раньше что, часто звонили?
— Ну часто не часто, а раз в неделю-то тревожили дедушку. Да и заезжали через неделю, гостинцев мне привозили. А нынче пропали совсем. Ты уж погляди, может с телефоном что не так? — он сунул мне в руки черную трубку.
Я нажал на кнопку отбоя, отчего экранчик включился. Да, заряжен он был полностью, вот только уровень сигнала отсутствовал. Проверил сигнал на своем, внутреннем телефоне, сменив всех операторов. Связи не было нигде. Видимо Системщики посчитали, что держать вышки вне областных центров слишком расточительно.
— Да все в порядке, деда, замотались наверное сыновья твои, закрутились, сейчас вон видишь сколько нового. Но скоро обязательно приедут. Обязательно!
Я вспомнил маму. Она, наверное, тоже ждет меня. Моего приезда, моего звонка. Мы расстались не очень хорошо, и всё последующее общение сводилось к редким телефонным разговорам, которые я пытался закончить как можно скорее. И только сейчас я понял, сколько грусти и тоски было в ее голосе, когда она спрашивала у меня совершенно пустяковые вещи. Я же, ослепленный злобой, сквозь зубы, резко и грубо отвечал ей, что это не ее дело. А она нисколько не сердилась и спрашивала еще что-то, пытаясь хоть на минутку, на мгновение продолжить разговор. И подольше послушать мой голос.
В груди защемило. Накатила дикая тоска по маме. По ее утренним оладушкам со сгущенкой, по мягким рукам, которыми она гладила меня по голове. По платочку, который она нервно теребила, когда я со скандалом собирался уезжать, крича, что ноги моей больше тут не будет. Какой же я болван!
Да, она не идеальная мать. Но она моя мама. И она постоянно думает обо мне, тревожится, беспокоится.
Как вот этот вот грубый с виду дед, что сейчас так старательно заворачивает свой уже бесполезный телефон в тряпочку. Потому что этот телефон — единственная ниточка, что связывает его с сыновьями.
И я не смог ему сказать, что эта нить уже оборвалась.
12
12.1
Мы жили у гостеприимного дедульки четыре дня.
Те, кто оправился от ран, попеременно ездили за запчастями и продуктами. Тренировались, модифицировались, улучшались.
И хоть тут и было хорошо, всем было понятно, что долго жить тут нельзя. Невозможно. Слишком близко от города, слишком далеко от людей. Слишком мало ресурсов.
Так что однажды поутру мы собрались и уехали.