Ватутин против Манштейна. Дуэль полководцев. Книга первая. До столкновения
- Автор: Додонов Игорь Юрьевич, Смирнов Владимир Владимирович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Ватутин против Манштейна. Дуэль полководцев. Книга первая. До столкновения». Краткое содержание книги:
Таким образом, в полосе этого противостояния соотношение сил для поляков было практически по всем показателям значительно хуже общего соотношения сил двух противостоящих армий (в противоположность, как мы видели, соотношению на севере): по численности личного состава – 2,5:1 в пользу немцев, по общему количеству соединений – 3:1, по количеству подвижных механизированных соединений – 10:1, по орудиям и миномётам – 5,3:1, по танкам – 7,4:1.
Подобное положение объясняется не только тем, что немецкая группа армий «Юг» была мощнее группы армий «Север», но и тем, что группа северных польских армий была более сильной, чем группа южных польских армий. В самом деле, если сравнивать их потенциалы, то получим превосходство первой над второй почти по всем показателям: по личному составу – 1,4:1, по количеству соединений – 1,4(1,5):1, по орудиям и миномётам – 1,4:1. И только по танкам соотношение оказалось 1:1. В общем, превосходство, конечно, незначительное, но оно имело место.
Такое распределение сил вполне понятно, ведь после перехода в контрнаступление поляки намеревались наступать на Восточную Пруссию и Берлин, а до последнего гораздо ближе, если наступать из северных районов Польши.
Однако хотелось бы специально повторить, дабы читатель не впал в заблуждение, – никаких объединений под названием «Северная» и «Южная» группы армий у поляков не существовало. Об этих группах мы говорили условно, выделив их по принципу противостояния немецким ГА «Север» и ГА «Юг» (для удобства изложения материала). Не было групп польских армий, не было единого командования этих групп, не было общих для армий каждой группы задач, т.е. задач группы, как таковой, в рамках выполнения которой каждая из армий группы выполняет свою задачу, – ничего этого у поляков не было. И общее распределение сил вдоль польско-германской границы было, как уже и отмечалось, примерно равномерным. Прибегая к образным сравнениям, можно сказать, что против двух мощных германских кулаков поляки имели вытянутые вперёд ладошки с растопыренными во все стороны пальцами.
* * *
«25 августа в 15 часов 25 минут из ОКХ прибыл шифрованный приказ: “Операция “Вайс”, первый день “Y” – 26.8, 4ч. 30 м.”
Решение о начале войны, в которую мы до той поры не хотели верить, было, следовательно, принято», – так Манштейн вспоминает об отдаче первого приказа о начале вторжения в Польшу.
Однако данный приказ вскоре был отменён. Манштейн пишет:
«Я сидел с генерал-полковником фон Рундштедтом в нашем штабе в монастыре Гейлигес Крайц в Нейссе (Ниса) за ужином, когда в 20 часов 30 минут из ОКХ был передан по телефону следующий приказ:
“Открывать военные действия запрещаю. Немедленно остановить войска. Мобилизация продолжается. Развёртывание по плану “Вайс” и “Вест” («Запад» – развёртывание немецких войск на Западном фронте – И.Д., В.С.) продолжать, как намечено”.
Каждый солдат может понять, что означает это изменение приказа о наступлении в последний момент. Три армии, находившиеся на марше к границе в районе, простирающемся от Нижней Силезии до Восточной Словакии, необходимо было остановить в течение нескольких часов; при этом надо учесть, что все штабы, по крайней мере до штабов дивизий включительно, также находились на марше и что по соображениям маскировки радиосвязь ещё не была разрешена. Несмотря на все трудности, всё же удалось всюду своевременно передать приказ. Прекрасное достижение органов управления и связи! Один моторизованный полк в Восточной Словакии удалось, правда, задержать только благодаря тому, что посланный на самолёте “Физилёр-Шторх” офицер ночью совершил посадку у самой головы колонны полка.
О причинах, которые побудили Гитлера, по-видимому, в последний момент изменить свой решение начать войну, мы ничего не узнали. Говорили только, что ещё ведутся переговоры.
Можно легко понять, что мы, солдаты, были неприятно поражены подобными методами главного командования. Ведь решение о начале войны, в конце концов, является самым ответственным решением главы государства.
Как можно было принять такое решение, чтобы затем через несколько часов снова отменить его? Следовало прежде всего учесть, что подобная отмена с военной точки зрения должна была привести к тяжёлым последствиям. …Всё было рассчитано на внезапное нападение на противника. Не было специально объявленной мобилизации. Первым днём мобилизации было 26 августа, то есть день только что приостановленного наступления. Вследствие этого наступление должно было осуществляться не только силами всех танковых и моторизованных соединений, но ограниченным количеством пехотных дивизий, которые частично уже находились в пограничном районе, частично были в спешном порядке приведены в мобилизационную готовность. Теперь о внезапном нападении на противника не могло быть и речи. Ибо если выдвижение в районы сосредоточения в пограничной полосе и проводилось ночью, о нём всё же не могло не быть известно противнику, прежде всего потому, что моторизованные части должны были уже днём выступить из районов сосредоточения западнее Одера, чтобы форсировать его46. В результате этого теперь… должен был вступить в силу второй вариант: наступление всеми силами, приведёнными в мобилизационную готовность. Момент внезапности, во всяком случае, был потерян.
46
В том, что полякам стало известно о массированном перемещении немецких войск к польско-германской границе, начавшемся 25 августа, Манштейн абсолютно прав. Не случайно, 26 августа польские соединения получили приказ о выдвижении в намеченные планом стратегического развёртывания районы сосредоточения, о чём выше уже говорилось. Но данный факт говорит не только о том, что поляки неплохо наблюдали за границей с Германией и, в общем, беспечными не были, но и о том, насколько запаздывали у них мероприятия по отмобилизованию и развёртыванию своих войск. В самом деле, только 26-го числа польское командование отдаёт приказ о выдвижении соединений в районы сосредоточения у границы. Это после ночного «шурум-бурума» у границы с германской стороны в ночь с 25 на 26 августа. А что было, если бы немецкие войска не получили команду «отбой» и не были остановлены? А получилось бы для поляков ещё хуже, чем получилось 1 сентября 1939 года. Хотя и то, как получилось в реальности, учитывая быстрое и сокрушительное поражение польской армии, вряд ли можно назвать благоприятным для поляков ходом войны.