Ты снилась мне
- Автор: Громова Елизавета
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Ты снилась мне». Краткое содержание книги:
Она нежно посмотрела на Бернса. Ланселот смутился, рассмеялся и сказал:
— Все за стол! Максюшу с собой берем, пусть привыкает к хорошей компании.
Они пробыли у Бернсов долго. После обеда полюбовались на ревущего малыша, пока ему меняли пеленки и кормили. Затем уложили его спать и любовались уже спящим. Потом просто обсуждали последние события и гадали, что будет дальше. К себе домой ушли уже в сумерках, прогулялись по вечернему городу, наблюдая как непоседливые дети скачут по дорожкам, смеясь и подзадоривая друг друга.
Петруша и Иришка спят, в доме тихо, за окнами темно. Катя после ванны в одном халате расчесывает волосы, заплетает косу, сидя на краю постели. Она думает о Макоши, о ее словах. Что-то в этом мире идет неправильно. Почему? Не она ли виной всему, пришлая душа из другого мира? Или же тот факт, что Боги вернули их с Максимилианом из Нави и этим нарушили естественный ход событий? Что ей делать?
В спальню зашел Алексей. Босиком, в домашних штанах, такой сильный, мощный, высокий. Император был излишне самонадеян, когда демонстрировал перед ней свое обнаженное тело. Он не единственный мужчина, которому природа не поскупилась на свои дары. Князь Барятинский — настоящий воин, крепкий, мускулистый. В его фигуре нет ничего чрезмерного, он сложен идеально. Сейчас он обольстительно усмехается, замечая, как разглядывает его жена. Подходит, опускается перед ней на колени, кладет теплые, большие ладони на ее лодыжки и, поглаживая, поднимает свои пальцы чуть выше. Не отводя от Кати своего взгляда, ласкает ее колени, целует их, проводит горячим языком выше, по бедру, прикусывает нежную кожу, облизывает место укуса. Поднимается, укладывает Катю на постель, ложится рядом и продолжает ее ласкать. Он ловит губами ее тихие, сладкие стоны, у него уже будто не две, а несколько рук и все они по-хозяйски жадно и требовательно распоряжаются ее жарким от желания телом. Его поцелуи кружат голову, заставляют забыть обо всем. Во всей Вселенной остались лишь они, взлетающие над землей, сгорающие в искрящемся блаженстве.
Утро было солнечным и принесло неожиданное открытие. Катю тошнило, она стояла над раковиной, держась за нее дрожащими руками, ее трясло и выворачивало до боли в горле. Рядом стоял Алексей, гладил ее плечи, убирал от ее лица волосы и взволнованно спрашивал:
— Что случилась, Катенька, милая моя? Чем тебе можно помочь?
Тут Катя вспомнила, что она чародейка и помогла себе сама. Со стоном облегчения прополоскала рот и отпустила края раковины. Муж тотчас же подхватил ее на руки, унес в спальню и, усевшись в кресло, прижал к себе.
— Что это было, Катя?
— Ничего страшного, милый, ты станешь отцом, а я в третий раз мамой. У нас в семье появится еще один ребенок.
— Катя, Катенька! Это правда? Ты не ошиблась? — Алексей обнимал ее крепко, с надеждой глядя ей в глаза. Она рассмеялась и муж поднялся из кресла и закружил ее по комнате. — Чудо ты мое! Любимая моя, драгоценная! У нас будет ребенок! Он будет звать меня папой! Я его уже люблю!
— Но это может быть девочка, дочка! — возражала она, обнимая мужа за шею.
— Прекрасно! Маленькая девочка! Что может быть лучше! — счастливо смеялся Алексей.
Дочка Лиза родилась у них в срок. Петруша и Иришка ждали ее с нетерпением и после рождения нянчились и берегли малышку. Голубоглазая, светловолосая, с милой улыбкой на личике, она стала любимицей брата и сестры. Они всегда готовы были гулять с ней, укладывать спать, развлекать играми, кормить. Их взаимная привязанность была настолько велика, что Алексей шутил:
— Это дети одной крови. Не знаю только, какой. Наверное, просто чародейской.
История повторилась, когда три года спустя родился Миша. Теперь уже втроем старшие опекали и растили младшего, один в один похожего на своего отца — голубоглазый, с милейшей улыбкой, светловолосый мальчуган был крепок и очарователен. Катя никогда не подозревала, что дети могут быть настолько дружными и так понимать и любить друг друга. Для нее это стало чем-то исключительным и отчасти настораживало. Порой она смотрела, как четверо ее детей гуляют по саду или мастерят что-либо на ковре в гостиной и тоскливое предчувствие сжимало ее сердце.
— Против кого или чего вы готовитесь выстоять, родные мои? Отчего вы так дружны, так сильно любите друг друга?
Она внимательно всматривалась в свое окружение, анализировала каждый прошедший день и не могла ни за что зацепиться. Все было обычным, ничто не настораживало ее.