Сюрприз в рыжем портфеле
- Автор: Егоров Борис Андрианович
- Год: 1982
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Жанр: Юмористическая проза
Электронная книга - «Сюрприз в рыжем портфеле». Краткое содержание книги:
В издательстве «Советский писатель» вышли его книги: «Капля внимания», «Происшествий не случилось», «Маски», «Ангел в командировке».
Работы Б. Егорова были высоко оценены критикой и отмечались премиями «Литературной газеты», Союза журналистов СССР. Он — лауреат Международного конкурса юмористического рассказа имени Алеко (Болгария).
В настоящий сборник входят три повести: «Сюрприз в рыжем портфеле», «Пирамида Хеопса», «Письма Сынулина», сюжетной линией которых является деятельность вымышленного учреждения УКСУС, а также рассказы и фельетоны.
Естественно, в сборнике собраны самые удачные, самые веселые рассказы и фельетоны, прошедшие проверку временем, получившие высокие оценки и отклики читателей и критики.
На Ферзухина смотрели два мутных дрожащих шарика.
— Будем принципиальными! У вас нет партийных взысканий?
— Выговоров не было. Я ведь всегда стараюсь! — чистосердечно признался Чаевых. — Но, должен вам сказать, что с Росомахиным работать невозможно.
— Вы о себе говорите, а не о Росомахине. Объясните, — Ферзухин посмотрел в шпаргалку, написанную Ромашкиным, — объясните, почему на стройке такая текучесть кадров? Сотни людей приезжают, сотни людей уезжают…
Записав что-то в тетрадочку, Чаевых ответил:
— Не устроены, стало быть. В силу слабости. С жильем туго, с яслями, с детскими садами. Вы в мое положение войдите! Построили детский сад, а Росомахин вселил в него Дом техники, фотовыставку… Что я могу поделать?
Вино было выбрано правильно — портвейн. Чаевых пил всегда только водку. От непривычного портвейна он ошалел, стал очень разговорчивым.
Ферзухин задавал вопросы. Чаевых отвечал, спасая себя и стараясь утопить своего любимого шефа.
И чем дальше шел разговор, тем глубже вживался в образ Топорик, тем искреннее становился Чаевых в своих признаниях.
Рассуждая о делах стройки, он зашел так далеко, что убежденно заявил:
— Росомахина надо снимать. Зазнался он и зарвался. От масс отошел… И ваша комиссия к этому выводу, конечно, придет.
— Какая комиссия? — удивленно спросил Ферзухин.
— Не темните, я воробей стреляный, — ответил Чаевых.
Ферзухин пошел навстречу.
— Ладно. Темнить не буду.
Беседа была прервана только однажды: секретарь Чаевых принесла ромашкинскую кинокамеру. Костя не замедлил воспользоваться ею.
— Можно вас снять на память, как гостя? — спросил он Ферзухина.
— Пожалуйста, ничего секретного в моем приезде нет.
В кадр вместе с Ферзухиным попал, конечно, и Чаевых.
— Что вы завтра будете делать, товарищ Ферзухин? — осторожно полюбопытствовал Чаевых.
— Отдохнуть предполагаю. А может быть, и посмотрю что-нибудь.
— Карьеры? Обогатительную фабрику?
— Нет, — ответил Ферзухин. — По общежитиям пойти думаю. Как народ живет, посмотреть.
— В таком случае я к вашим услугам. Могу сопровождать, угодливо предложил Чаевых.
— Сопровождающих мне не надо, — отрезал Ферзухин. — А ты работай. — Он перешел с Чаевых на «ты». — У тебя дела. Если гид мне понадобится, то вот он — Ромашкин.
Чаевых откланялся и вышел. Но через несколько минут вернулся.
— Извините, тетрадочку забыл. А может, мне все-таки прийти утром? Если по общежитиям, объяснения могу дать.
Ферзухин уже снял пиджак, шагал из угла в угол в рубашке, шлепая себя по груди резинками подтяжек.
— Ладно, приходи. Да, вот что: пусть-ка официант принесет мне счет за ужин.
— Какой счет? — удивился Чаевых.
— Обыкновенный. Кассовый.
— Так вам платить не надо… Дирекция, так сказать…
— Финансовую дисциплину нарушать не следует, — назидательно произнес Ферзухин. — Между прочим, на одну стройку приезжало важное лицо. Оно выпило бутылку кефира и съело яичницу, а списали на прием три тысячи рублей… Ха-ха! Погуляли. Нет, Чаевых, эту практику пора прекращать.
— Так я же не из государственных… Из своих, — пытался вывернуться Чаевых. — Вы — гость. Я вас, так сказать, принимаю…
— А это уже будет взятка, — отрезал Ферзухин. — Пусть принесут счет.
…Утром Чаевых дежурил у ферзухинских дверей.
— Как спали? Матрац не кололся?
— Отлично спал.
— Комната понравилась?
— Ничего.
— Может, мы, конечно, тут кое-что недоделали…
— Тетрадочка при тебе? Вот и отлично! Пойдем по общежитиям. Будешь записывать, что надо сделать.
Вместе с Чаевых Ферзухин посетил несколько общежитий. Коменданты были предупреждены, и каждый встречал инспектирующих на крылечке. Чаевых пропускал Ферзухина вперед, и посланец УКСУСа принимал рапорты. Став по стойке «смирно», коменданты докладывали:
— Общежитие номер пять. Люди находятся на работе. Происшествий не случилось. Стенгазеты выпускаем регулярно. Политбеседы проводим по пятницам.
Высоко задрав длинный нос, Ферзухин шагал по комнатам и коридорам, давал Чаевых указания:
— Та-ак, отметьте: воды в бачке нет. А что такое вода? Источник жизни. Кран для умывания один? Плохо. Поставьте еще несколько. Умывание — одна из лучших оздоровительных процедур. А почему здесь не ввернута лампочка? Отсутствие электричества приводит к темноте. И в конечном счете в падению морали… в смысле нравственности…