Агент Фейри (ЛП)

— Мы не можем запретить людям сомневаться в чём-либо.

— В политике фейри такие настроения часто приводят к смертям, — тихо ответил Роан. — Может, люди смогут принять тот факт, что ты пикси. Но незамужняя женщина-пикси, которая убила Гренделя... это посеет раздор среди твоего двора. Кто-то попытается захватить твою власть.

В моём горле встал ком.

— У тебя есть обязательства перед семьей Таранисов. Ты единственный, кто выжил.

Роан в тишине вырисовывал ленивые круги на моём бедре.

— Есть ещё один, — сказал он наконец.

Меня охватил шок.

— Что... Элвин?

— Да.

— И ты думаешь, что он...

— Он мой кузен. Мой родственник.

Я ждала, когда Роан скажет «дальний родственник», но он этого не сделал.

— Думаешь, он сможет функционировать как политик? Он же мальчишка.

— Он не такой молодой, каким кажется, — сказал Роан. — Он старше тебя. И очень способный. В вопросах политики он наверняка более способный, чем я.

В какой-то момент жизни Роан настроился прикончить каждого представителя знати среди двора Уила Брок. В конце концов, они убили всю его семью, и он вовсе не забыл про это. Я уставилась на него.

— То есть, ты хочешь стать Роаном Уила Брок. До недавнего времени ты едва мог произносить эту фамилию.

На мгновение в его глазах промелькнула боль. Затем он просто сказал.

— Я хочу быть с тобой. Я сделаю всё, что для этого потребуется.

Я втянула глубокий вдох.

— Кстати, по поводу этого.

Он выгнул бровь, и его мышцы слегка напряглись.

— В какой-то момент ты сможешь слышать мои мысли, так? Чем больше времени мы будем проводить вместе, тем явственнее ты сможешь заглядывать в мой разум.

— Да.

— Я знаю о человеческой расе такие вещи, которые... — я пыталась подобрать формулировку. — Если мы будем вместе, мне надо, чтобы ты пообещал, что не станешь наносить профилактический удар по людям. Дай мне полноценное обещание фейри, клятву.

Его мышцы снова расслабились.

— Конечно, я не стану этого делать. Я обещаю. Почему ты вообще просишь об этом?

Я накрыла его щёку ладонью. Теперь, когда он дал мне слово, можно сказать ему правду.

— Ну, просто они не такие слабые, как ты думаешь. У них есть оружие, способное уничтожить всю расу фейри, если они захотят.

Его глаза приобрели бледно-золотистый оттенок, воздух в комнате сделался морозным.

— Расскажи мне.

— У ЦРУ есть оружейная, полная пистолетов с железными пулями. Они работают над другим оружием, которое может защитить их от вас. Их атомные бомбы способны убивать не только людей. Если они узнают, как попасть в Триновантум... — я не закончила предложение. Моё сердце как будто колотилось прямо в горле.

Его уши удлинились и заострились, над головой сверкнули рога.

— Роан, ты не сможешь убить их всех, и если ты будешь со мной, то ты не можешь даже пытаться. Тебе надо довериться мне в этом вопросе. Я скажу тебе, когда о людях надо будет беспокоиться, а когда надо оставить их в покое.

Его глаза постепенно снова сделались зелёными.

— Мы не можем допустить, чтобы другие узнали.

— Это будет нашим секретом, Роан Уила Брок.

Глава 40

Во дворе церкви Святого Бартоломью воробей чирикал в деревьях над старинным кладбищем.

Роан предложил провести нашу церемонию в Триновантуме, но меня отчаянно тянуло обратно в мир людей. Почему я выбрала церковь Святого Бартоломью? Конечно, это прекрасная средневековая церковь с тысячелетней историей. С другой стороны, именно здесь я убила Рикса. Может, это не самое романтичное место для белой чистой свадьбы, но я же Кассандра Уила Брок, Владычица Ужаса, и мне нравилось, когда к моей любви приплеталось немного смерти и ужаса.

Можно подумать, что Владычица Ужаса, женщина, которая помогла одержать победу над Благими и королём, не испугается маленькой церемонии в честь торжества любви.

А вот и нет.

Пока я стояла снаружи дверей церкви, моё сердце ударялось о рёбра, а ладони сделались мокрыми от холодного пота. Я сжала руки вместе, пытаясь остановить дрожь. Фейри не несли букеты к алтарю, если только они не были из Двора Радости, так что мне нечем было занять руки. В моём животе трепетали бабочки, и я пыталась твердить себе, что это всего лишь формальность.

Я отчаянно хотела, чтобы Габриэль был рядом. Более того, когда я глянула на старые тюдоровские ворота в другом конце церковного двора, в моём сознании промелькнуло яркое воспоминание о нём. Вот прямо там мы вместе притаились в засаде, высматривая Рикса. Я замёрзла, и Габриэль дал мне куртку как истинный джентльмен, и он рассказывал мне про историю этого района. Я почти ощущала его присутствие в данный момент, почти видела его спокойные ореховые глаза.