От Красного террора к мафиозному государству: спецслужбы России в борьбе за мировое господство (1917-2036)
- Автор: Фельштинский Юрий Георгиевич, Попов Владимир Константинович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Наш формат
- ISBN: 978-617-7973-54-5
- Жанр: Публицистика
Электронная книга - «От Красного террора к мафиозному государству: спецслужбы России в борьбе за мировое господство (1917-2036)». Краткое содержание книги:
Изучив историю Советского Союза/России с точки зрения противостояния ВЧК-КГБ и коммунистической партии, читатель окажется свидетелем смертельной и кровавой борьбы между госбезопасностью и компартией, которая велась с переменным для ее участников успехом несколько десятилетий и закончилась победой КГБ над КПСС в 1991 году и над всей страной — в 2000-м, когда президентом, навечно, стал Путин.
Авторы исследования—доктор исторических наук Юрий Фельштинский (США) и бывший подполковник КГБ Владимир Попов (Канада) — показывают, чем опасна для России и остального мира госбезопасность, стоящая у руля правления ядерной державой, и что необходимо сделать для ликвидации этой новой и неожиданной угрозы.
После 24 декабря Сталин предпринимает некие меры, благодаря которым в дальнейшем в «Дневнике дежурных секретарей» наблюдается перерыв всякий раз, когда диктуются слишком невыгодные для Сталина тексты. После 24 декабря все записанное носит пространный, совершенно беззубый характер. Это приводит к естественному выводу, что ряд ленинских материалов уничтожили или же что записи сфальсифицировали задним числом. «Сожжение» ленинских текстов могло произойти только по указанию Сталина как генсека партии. Предположить, что Сталин не интересовался содержанием заметок, диктуемых Лениным после 23 декабря, невозможно.
Все секретари Ленина в смысле нелояльности к Ленину и лояльности к Сталину вели себя одинаково. Вот воспоминания Фотиевой в интервью Беку:
— Я сама передала письмо Ленина о национальностях.
— То есть сразу после того, как он продиктовал?
— Да. Могу вам рассказать. Только не записывайте. […] Второй раз (после разговора о яде) я обратилась к Сталину насчет письма о национальностях, которое продиктовал Владимир Ильич. Но тут я уже у него не была, а позвонила по телефону: «Товарищ Сталин, Владимир Ильич только что закончил письмо политического характера, в котором обращается к съезду. Я считаю нужным передать его в ЦК». Сталин ответил: «Ну, передайте Каменеву». (Они тогда были вместе.) Я так и сделала. […]
А Сталину вы, Лидия Александровна, звонили не по поручению Владимира Ильича?
— Нет, Владимир Ильич об этом не знал.
— Почему же вы его не спросили?
— Мы вообще не задавали ему вопросов. Нельзя было его волновать.
— Но потом информировали его?
— Нет. Это его взволновало бы. […]
— Тогда почему же все-таки вы с ней [Крупской] не посоветовались?
— Я вообще не была в подчинении у Надежды Константиновны и не спрашивала ее разрешений.
— Но ведь письмо Ленина («К вопросу о национальностях или об “автономизации”») было направлено против Сталина?
— Не только против него. Также и против Орджоникидзе и Дзержинского.
— Да, да, но главным был все-таки Сталин. И вы передаете ему. То есть заблаговременно вооружаете его. […] Но хоть бы посоветовались с Марией Ильиничной.
— А Мария Ильинична вообще ничем не распоряжалась. Все предоставляла Надежде Константиновне. […] Если бы Владимир Ильич был здоров, то он обязательно бы пригласил Сталина и поговорил бы с ним. А тут письмо заменило разговор.
— Почему же об этом ничего не сказано в дневнике дежурных секретарей? […]
— Туда мы писали вовсе не то. […]
— А почему, Лидия Александровна, в дневнике ничего не записано о том, что Владимир Ильич продиктовал последнюю часть «завещания», то есть ту часть, где говорил о Сталине?
— Это было секретно. Поэтому я и не занесла.
— Но и предыдущие части тоже были секретными. […] Володичева рассказывает, что и «завещание» ему было известно. Она сама, кажется, передавала. И Сталин сказал: «Сожгите».
— Володичева — больной человек. Ничего этого не было, — и неожиданно нервно: — Уходите, уходите с вашими вопросами!171
Ленин активно диктовал в период с 23 декабря по 23 января, то есть ровно месяц. Затем в его работе наступил неожиданный и не случайный перерыв. 24 января он дал Фотиевой поручение «запросить у Дзержинского или Сталина материалы комиссии по грузинскому вопросу» и столкнулся с сильным противодействием и первого, и второго. Дзержинский кивал на Сталина, тот прятался за решение Политбюро. Ленин начал подозревать Фотиеву в двойной игре. Он сказал ей: «Прежде всего по нашему “конспиративному” делу: я знаю, что Вы меня обманываете». На ее заверения в противном Ленин ответил: «Я имею об этом свое мнение».
В четверг, 25 января, Ленин уточнил, получены ли материалы. Фотиева ответила, что Дзержинский приедет лишь в субботу. В субботу Дзержинский сказал, что материалы у Сталина. Фотиева послала письмо Сталину, но того не оказалось в Москве. 29 января Сталин позвонил и сообщил, что материалы без Политбюро дать не может; начал подозревать Фотиеву в двойной игре, спрашивал, не говорит ли она Ленину «чего-нибудь лишнего, откуда он в курсе текущих дел?» Так, его статья «Как нам реорганизовать Рабкрин» (законченная 23 января и уже прочитанная Сталиным) «указывает, что ему известны некоторые обстоятельства».