Танцы на стёклах

Мне было мало.

Сжимаю свою ладонь, всхлипывая от отчаянья и непонимания того, что делаю. У меня такое чувство, словно за последний час я подцепила какую-то эмоциональную заразу, отравилась, надышалась с Джаредом одним воздухом, в котором витало напряжение, жажда близости, и противостояние между нами.

Мне остается только надеяться, что как только я протрезвею, дурман отпустит.

«Умоляй меня. Ну давай, ну же.» — это слова которые два года назад вырвались из его уст, но только сейчас вызвали внутри меня новую горячую волну, обволакивающую область бедер. Я все помнила.

— Джарееед, да, — шепчу я, когда моя рука резко опускается ниже, я скольжу кончиками пальцев по внутренней поверхности бедра. Наказываю себя за все, что сейчас делаю, зажимая язык между зубами.

Хочу, чтобы это был его язык. Сжимать, кусать до крови. Злить его больше, дразнить этого дикого зверя, доводить до дрожи и безумия.

Боже, видел бы он меня сейчас… что бы сказал? Что я одна из безвольных кукол, раздвинувшая для него ноги. Но новый Джаред не стал бы бросаться такими выражениями.

Я не знала, где правда, и настоящий ли Джаред сейчас, но его поцелуй не лгал: в тот момент, когда он прижал меня к дверце машины, для него точно так же исчез весь мир, как и для меня.

Осталась только близость с ним, его запах, которым не могла надышаться, его губы, что хотела смаковать вечность, и тело этого мужчины, которое желала ощущать всей кожей.

Обнаженной кожей.

Я медленно провожу указательным пальцем по самому чувствительному месту в своем теле, снова и снова вспоминая касания Джареда. Представляя его руки.