Останови моё безумие

К вечеру я совсем разнервничалась, и меня снова начало знобить, я самостоятельно поместила картину в купленную раму, теперь недовольная и собственной работой, а ведь вчерашней ночью она казалась мне шедевральной. Поняв, что буду бесконечно рефлексировать по этому поводу, я безнадёжно вздохнула, покидая свою комнату, - Подарю и извинюсь, - последнее, на чём остановился мой раздражённый мозг.

К моменту вручения друг другу подарков был некстати приурочен приход Анатолия, что заставляло меня нервничать ещё больше. Влад весь вечер, начиная с момента моего возвращения, бросал в мою сторону различные взгляды, то исполненные беспокойства и тревоги, то непонимания и озадаченности, я отмалчивалась, даря ему незначительные улыбки с надеждой, что на какое-то время это его успокоит. Но сама я была как на иголках, я не привыкла к обществу посторонних людей, по сути, всю свою сознательную жизнь проведшая в кругу своей семьи, никогда не имевшая даже друзей, меня пугала перспектива проведения праздничного ужина в компании чужого человека. В мой первый настоящий праздник…

Лиза сияла яркой звездой на туманном зимнем небе, окутанном плотными снеговыми тучами без просветов для маленьких звёзд, одетая в длинное изумрудное платье без бретелек с высокой причёской и тщательно подобранными, оставленными локонами, своевольно обрамляющими виски, она была очень красивой. Макияж, как всегда нанесённый умелой рукой сестры был естественным и ещё больше подчёркивал её природную красоту. Она сразу же удостоилась похвалы родителей и восхищения брата. Я же была в обычных тёплых домашних штанах и кремовом свитере, ни о какой причёске и тем более макияже речи не шло, я не привыкла к такому, поэтому это был суровой контраст с Лизкой, отчего сестра выглядела ещё привлекательнее на моём бледном фоне.  Пришедший вовремя Анатолий был поражён, в первые минуты совсем растерявшись, он начал заикаться и путать слова, но потом, после того, как отец ободряюще протянул ему руку для знакомства, он сумел взять себя в руки и представиться всем нам. В руках он держал увесистый букет хризантем, я отметила, что он в курсе вкусов сестры  –  это были её любимые цветы, матери он подарил дорогой шарф с причудливым орнаментом и привёл её в неописуемый восторг, отец был награждён бутылкой коллекционного коньяка, а Владу вручили галстук.  Меня наш гость тоже не оставил без подарка, как младшей сестре, которой шёл двадцать первый год, мне подарили медвежонка и всех это безумно умилило, я скромно поблагодарила за подарок, выразив сожаление, что не могу подарить что-то взамен. Но Анатолий, постепенно начинающий раскрепощаться в тесном кругу родственников поспешил заверить, что я зря беспокоюсь, что это сущие пустяки, и что у меня будет ещё куча возможности сделать ему подарок. Последнее его заявление многое сказало мне об их с Лизой отношениях.