Одичалый мир

— Им не требуется наш костёр. Они целенаправленно идут к берегу и достаточно быстро. Определённо, на нём работают силовые установки, но их не слышно. Это не баржа и не корабль… это подводная лодка.

— Как лодка? — опешил Антон.

— Атомная.

— Это здорово! — воскликнул Антон.

— Кто его знает. У военных своеобразные представления о гуманизме. В какой-то мере я сам такой.

— Но они обязаны нам помочь! — вскричал Антон и суёт головню в сухие ветки.

— Никто нам ничем не обязан. Не суетись, — строго говорит Викентий Петрович, — но если хочешь запалить костёр, разжигай. В любом случае они нас давно увидели.

Антон с усердием раздувает угольки. Вспыхивает яркий огонёк. Он стремительно бежит по сухим веточкам. С радостью вгрызается в пук сена и взлетает огненным столбом и с жадностью накидывается на толстые ветки, вмиг освещая радостное лицо Антона и мрачное — Викентия Петровича.

— Нужно отойти от костра, — тянет он за собой Антона, а сам прячет в мусоре автомат.

— Ты постарайся, как можно меньше говорить. О народе ни слова. Сначала разобраться надо, что за гости к нам идут. Что у них на уме. Людям и раньше нельзя было верить, а сейчас и вовсе опасно.

Подводная лодка уверенно остановилась у самого берега, немалые глубины позволили это сделать. Она невероятно огромная и давит своей мощью. Кажется это галлюцинация, мираж или сон. Как это нереально в вымершем мире, где люди, как осколки от хрустальной вазы, разлетелись пылью по всей земле.

На палубе выстроились моряки с автоматами. С рубки спустились несколько офицеров.

— Привет, народ! — командир атомной субмарины капитан первого ранга странно улыбнулся.

— Здравствуй, сын мой, — Викентий Петрович осеняет его крестным знамением.

— Поп, что ли? — скривился командир.

— Священник я, — смерено опустил голову Викентий Петрович.

— Этот кто? — покосился он на Антона.

— Мы вместе с ним на плоту приплыли. Мальчик немного на голову болен. Юродивый. Это для меня дар свыше, — Викентий Петрович торопливо перекрестился, а Антон недоумённо посмотрел на батюшку, но решил смолчать.

— Так вас всего двое?

— Двое, сын мой, — батюшка вновь его крестит.

— И что, больше людей здесь нет?

— Никого… одни мы.

— А чем питаетесь? — в голосе капитана первого ранга появилось сострадание.

— Да чем бог даст. То рыбку поймаем, то птицу какую.

— Мы на Тибет идём. Два места у нас найдётся. Если желаете, можете подняться на борт, — с радушием предложил капитан первого ранга.

— Только два места? — не удержавшись, спросил Антон.

— Может, и три найдём, — прищурил глаза военный. — Так вы не одни? — проницательно заметил он. — Женщины есть?

— Бог миловал, — низко опустил голову Викентий Петрович и быстро перекрестился. — Нас лишь двое и в этом нам дано испытание божье. Кошка у мальчика. Убежала в кусты, вас испугалась.

— Можно, конечно, прочесать берег, — наклонился к командиру капитан третьего ранга. — Хотя… кругом скалы. Следов человека не видно, а временем мы не располагаем.