Я тебе принадлежу

— Ты был прав, — отвечает, поджав губы так, словно недовольно моим вопросом. — Мне плевать на это. Абсолютно!

— Не понял.

— Ох, — выдыхает и решает пояснить свою позицию. — Макс, начнём с того, что я знала, что мой отец ещё до моего рождения попал в аварию. Я видела шрамы на его теле, и папа меня никогда не жалел, поэтому рассказал о том, кто и когда напал на него. Единственное, что он не говорил фамилию и не называл этого человека. Просто «урод» — так он его называл. Да, для меня стало немного шоком, что наши отцы были тесно знакомы, и у них такая общая история, но не больше. И твой отец и мой… Были редкостными засранцами, так почему мы должны ссориться или когда-либо портить себе настроение из-за них? Для меня не имеет никакого значения, что когда-то делал твой отец моему. Ты — не твой отец, а я — не мой. Мы не враждуем друг с другом. Я люблю тебя и доверяю именно тебе. Для меня имеет значение лишь ты и твои поступки, которыми ты раз за разом доказываешь, что ты самый лучший мужчина в моей жизни. Вот если кто-то навредит тебе, Тёме или Диме — тогда я прокляну обидчика, но не тебя.

— Признаюсь, не ожидал такой реакции, — проговариваю и незаметно для себя, посмотрев на улыбающуюся ведьму, начинаю улыбаться ей в ответ.

— Ну… я могу тебя побить немного? Хочешь? Попрактикуем садо-мазо? БДСМ? И где ещё насилие применяют?

— Ведьмочка ты моя, как тебе это удаётся? Сохранять разум?

— Просто после тех случаев с Игнатом, сливом моих фотографии, когда мальчиков забрали вновь в детский дом, и я каждый раз обвиняла тебя, а ты доказывал, что ты не виноват, я приняла решение наплевать на всё ужасное, что будут говорить о тебе. Думать своей головой и своим сердцем. И им же принимать решения.

— Правильно! Я не предам тебя, Вероника, — обещаю ей, зная, что сдержу своё обещание. — И я виноват в том, что когда-то сделал мой отец. Мне очень жаль, что тогда именно твой отец стал его целью.

— А мне не жаль. Я уважала папу, немного любила, но после его смерти особо ничего не почувствовала, — рассказывает спокойно, без лишних эмоций в голосе. — Да и Лидия, по всей видимости, его не очень жаловала. Он был не очень хорошим человеком. А ты уже не единожды показывал себя прекрасным человеком и тем, на кого я могу положиться. Ты не должен страдать из-за того, кем был твой отец, как и я. И да, Макс, ты на него совсем непохож.

— Твой отец любил тебя, Ника.

— Возможно, — не отрицает этого факта. — Но он никогда мне этого не показывал. В том письме, которое мне передали во время оглашения завещания, папа пытался оправдать себя, но что может изменить одно письмо против восемнадцати лет одиночества? Ничего! И знаешь, ещё одним из пунктов «за тебя» было то, что отец, даже зная, чей ты сын — посоветовал мне доверять только тебе. Это чего-то да стоит. Не так ли?