Замуж за некроманта? Не пойду!
- Автор: Смертная Елена
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Замуж за некроманта? Не пойду!». Краткое содержание книги:
Я ощутила, как мои губы едва дрогнули, пока я слушала, с каким трепетом и чувством Карл шепчет всё это.
— Ты ведь спас меня тогда. - поджимая губы, тихо ответила я, нам не нужно было говорить громко, потому что сейчас можно было расслышать любой шорох. - Несмотря на то что чуть не погиб на дуэли, кинулся за мной в неизвестность, едва очнулся. Хоть это и было глупо и безответственно, но. после такого я не могу оставить тебя разбираться со всем в одиночку.
Я ощутила, как мои пальцы на щеках Карла начали совсем едва подрагивать от непонятного волнения, которое охватило тело. В полутьме я отчетливо видела его глаза, которые смотрели на меня с печальной нежностью. В тишине я слышала каждое слово, шепотом слетавшее с его губ. Он был столь близко. Но дело было даже не в физической близости, а. в духовной? Я ещё никогда не ощущала чего -то подобного. Мне хотелось обнять его как можно крепче и хотя бы так показаться, что я буду рядом, несмотря ни на что.
Я потянулась вперед и коснулась своим лбом его лба, заглядывая в глаза Карлу с чувством переполнявшего меня трепета.
— Поэтому я хочу быть рядом с тобой. Мы пройдём через всё это вместе. И если кто -то может отвернуться и предать тебя, я обещаю, что никогда этого не сделаю.
Если в этом мире для заключения брачного союза нужна была клятва верности, то это была она. Я знала, что всё это звучит слишком громко от бездумной рыжей бестии, которая ещё недавно пыталась сбежать от него через то самое занавешенное сейчас окно. Однако я говорила от чистого сердца, потому что мне хотелось показать, что я чувствую, хотя бы словами.
— Спасибо. - улыбнувшись шире, совсем тихо шепнул Карл, закрыв глаза. После чего он потянулся вперед и коснулся моих губ нежным, искренним поцелуем.
Глава 17. Хочу чувствовать твой вкус
Один. Всего один поцелуй нужен для того, чтобы твоё сознание полностью растворилось в другом человеке. Ты ощущаешь вкус его губ и забываешь обо всём на свете. Становится неважно, что скрывается за плотными шторами, ограждающими вас от всего остального мира. Всего один особенный поцелуй, и ты осознаешь, что есть всего одна эта комната. Одна кровать. И только он один, скрытый ото всех в полумраке, но подаренный тебе странной, смеющейся над вами судьбой.
Два. Лишь два прикосновения его тёплых рук, скользящих по коже. Их хватает, чтобы внутри начал разгораться пламенный трепет. Его нельзя описать словами, но ты понимаешь, что это лучшее чувство, которое в тебе когда-либо пробуждал другой человек. Желание показать, что ты рядом, медленно перетекает в нужду быть с ним единым целым. Морально. Физически. Ты хочешь обнять этого человека столь крепко, чтобы раствориться в нём, но не можешь. Руки жгутся о твёрдость ненужных одежд. Одежд, что ещё пару часов назад значили так много, ведь возводили вас обоих в ранг новобрачных. Но сейчас они не нужны. Сейчас всё это лишнее. Когда полутьма обнимает лишь вас двоих, нет облика лучше, чем обворожительная нагота.
Три. Три пуговицы на его пиджаке плавятся под разгоряченными пальцами, когда я ещё обладаю терпением расстегивать их по одной. Но три - это мой максимум. В конце концов, пальцы впиваются в эту грубую одежду и тянут её в стороны, желая избавиться от столь ненужного барьера. Я не первая дошла до ручки. Сначала его руки обожгли нежную кожу под моим платьем. Нравится? Да. Я чувствую немой ответ на этот незаданный вопрос, потому что подушечки пальцев нетерпеливо сжимаются на моей ноге и ползут вверх.
Четыре. Всего четыре тихих слова, сказанных с придыханием, когда я оказываюсь полноценно прижатой к кровати его телом. «Я всегда буду рядом». Я не знаю, когда столь искренне захотела этого. Я не знаю, почему сейчас готова сорваться на крик, если он хоть на секунду отпустит меня. Но я готова отдать всю себя, только бы он был рядом. Ближе. Ещё ближе. Чтобы снова нетерпеливо касаться его губ. Чтобы снова чувствовать прикосновение его рук. Чтобы стянуть теперь эту проклятую рубашку, а после с содроганием пальцев потянуться ниже. Я не хотела проигрывать в этой игре, ведь молния на моём платье уже нетерпеливо скрипнула. Да, платье было прекрасным... но любая красота со временем должна увянуть. Так пусть этот белоснежный цветок, сорванный с моего тела, торжественно вянет подле нашей кровати.
Пять. Пять обжигающих прикосновений его губ. Губы, щека, шея, манящая ямочка на ключице, грудь. Он не целовал меня. Он был художником, для которого моё обнаженное тело сейчас стало холстом. Губы вместо кисти, пять первых уверенных мазков. Они нужны, чтобы обозначить обязательные линии. Те, без которых никак нельзя приступить к созданию полноценной картины. И вот, замерев после пятого поцелуя у груди, достигнув той самой точки, когда можно страстно разбрызгать краску прямо в центре холста, он начинает полноценно творить. Я чувствую каждое прикосновение, каждый горячий поцелуй. Руки невольно сжимают ткань простыней, а с губ слетает первый стон. Я хочу, чтобы это продолжалось вечность.