Контракт

– Так как этого никогда не произойдет, то я остаюсь при своем первоначальном мнении.

– Почему ты так уверен, что не можешь полюбить?

Я начал терять терпение.

– Я уже говорил тебе. Любовь делает тебя слабым. Заставляет нуждаться в людях. Зависеть от них. Я не позволю такому случиться.

– Порой вещи бывают неподвластны нашему контролю.

Я отмахнулся.

– Не в этом случае. В моем будущем не видится любви или детей.

– Звучит одиноко.

– У меня есть моя работа и мне этого достаточно. Это меня полностью удовлетворяет.

Она хмурым взглядом меня изучила.

– Неужто?

– Прекрати пытаться меня анализировать, Кэтрин.

– Вовсе нет. Я пытаюсь тебя понять.

– Не нужно.

– Почему?

Я потянулся вперед, руки сжались в кулаки на столе.

– Я не плачу тебе, чтобы ты меня понимала. А плачу, чтобы ты играла свою роль.

– Которая с каждым днем становится все сложнее.

– О чем ты толкуешь?

– Разве ты не устал от этого, Ричард? От лжи? С каждым разом ее становится все больше. Она словно растет, как снежный ком, катящийся вниз по заснеженному холму. – Она вздохнула. – Все должно было быть просто – я притворяюсь твоей невестой. Сейчас все усложнилось и докатилось до того состояния, что даже я себя не узнаю! Я ненавижу лгать людям – а лгу всем! Пенни, семейству Гэвин, людям в частном доме… Образовалась целая гора лжи!

– В этом была суть. Никому от этого вреда нет.

– Правда? Думаю, ты ошибаешься.

– С чего ты это решила? – Я обвел рукой комнату. – Грехаму это не вредит, за Пенни присматривают, ты живешь в месте получше, и тебе не нужно работать. Кто пострадал?

Ее голос опустился до шепота.

– С каждым днем я чувствую себя все больше виноватой.

– Почему?

– Мне нравятся эти люди. Очень нравится Дженна, мы стали подругами. Понимание того, что я лгу ей, меня беспокоит. От Грехама и Лоры не вижу ничего, кроме доброты. Я будто предаю их, изображая этот фарс. Люди в частном доме думают, что мы женаты.

– Так и есть, – настаивал я. – Это не фарс. Наш брак законный.

– Они думают, что он настоящий. Думают, что мы влюблены. А Пенни… я не желала, чтобы Пенни когда-нибудь узнала. Из всех людей мне бы не хотелось лгать именно ей. Больше всего мне ненавистно, что я обманываю ее.

– Ты же знаешь, что она скорее всего забудет.

Кэтрин закатила глаза.

– Это по-прежнему ложь. Тами и прочие будут продолжать напоминать ей, так что она может не забыть. А есть еще Адриан, Адам, Джулия… – фыркнула она от раздражения. – И список все растет.

Барабаня пальцами по столу, я пожал плечами.

– Согласен, это больше, чем я ожидал. Даже Брайан думает, что я изменился. Когда на днях мы играли в гольф, он поздравил меня, что я наконец нашел свою «человечность».

– Это не беспокоит тебя? Скольких людей охватывает эта ложь? На скольких она отразится, когда все закончится?

– Кэтрин, прекрати слишком драматизировать. Браки постоянно распадаются. Мир не рухнет. Мы выясним эти «как» и «почему», когда решим, что пришло подходящее время.

– А до тех пор продолжим лгать.

Мне надоел этот бессмысленный разговор. Я потер голову и нахмурился:

– Да. Мы продолжим обманывать. Я все еще плачу тебе и это по-прежнему твоя работа. До последующего распоряжения ты моя жена. Продолжай вести себя соответственно. Притворяйся, что я тебе нравлюсь. Копни глубже и представь, что любишь меня. Делай все, что считаешь нужным, чтобы поддерживать этот, как ты его называешь, «фарс».

Она встала на ноги, качая головой.

– В этом-то и загвоздка, Ричард. Мне не всегда нужно притворяться, что ты мне нравишься. Когда ты перестаешь вести себя как большой мудак, то становишься вполне славным человеком. Отвечаешь людям. Добр и щедр с Пенни. По какой-то причине рядом с ней ты забываешь, что надо быть тем мудаком, которого показываешь остальному миру. Порой ты забываешь об этом, даже когда бываешь со мной. – Ее выражение лица было печальным, а голос удрученным. – Порой я забываю, что не нравлюсь тебе, и думаю, что мы на самом деле друзья.

Она отворила дверь и приостановилась, обернувшись ко мне.

– Мне нравятся те моменты. Благодаря им проще пережить все прочие дни.

После чего она вышла, оставив меня ошеломленным.