Три подруги и таинственный жених [СИ]

— Как ты сказала её имя? — вдруг спросила Ниса, молчавшая до сего момента.

— Лидия, фамилию не знаю, — ответила я угрюмо.

— Григорьева, — подсказала Руся и на мой немой вопрос пояснила: — Видела бейджик у неё на столе с именем, фамилией и фото.

— Нет, — мотнула головой наша блондинка. — Не её, а вторую погибшую девушку, которая была младшей сестрой знакомой Макса?

— Фамилия — Ивановская, а по поводу имени, там путаница какая-то. Сестра называла её Элли, но в документах она как-то иначе записана. То ли Элизабет, то ли Елизавета.

— Да, точно! — подскочила Ниса с места. — Ивановская! Елизавета Ивановская!

В моей маленькой, светлой и с любовью обставленной кухне повисла могильная тишина.

— Я знаю её, — вдруг тихо промолвила Ниса, медленно села обратно и подняла на меня ошарашенный взгляд. — Я знаю Елизавету Ивановскую.

— Что? — выдохнула я, не моргая и не сводя глаз с подруги. — Что ты сказала?

— Я сказала, что знаю её, — уже более уверенно произнесла Ниса.

— Откуда?

— Мы ходили в один и тот же спортзал, — быстро выдала Ниса совсем не то, что я ожидала услышать.

— А ты раньше не могла сказать? — процедила я, ощущая, как внутри закипает злость.

— Так я раньше и не знала! — беспомощно развела руками банши. — Откуда я могла знать, что тебе интересно с кем я в зале потею!

— Так, — придвинулась я к столу. — А теперь медленно, обстоятельно и по порядку.

— Ну, вы же знаете про наши традиции? Я имею ввиду мероприятие, которое у нас проходит осенью, — неуверенно начала рассказывать Ниса. Мы с Русей синхронно кивнули, да, мы знали, что каждый год в первое воскресенье осени в клане банши, к которому принадлежала Ниса, проходили состязания.

По сути, это были бои, в которых обязан был принять участие каждый состоявший в клане воин, достигший требуемого возраста, а именно, шестнадцати лет. Согласно древним устоям банши, начиная с шестнадцати лет каждый член клана должен подтверждать свое право состоять в его рядах. Тот, кто не участвовал в боях автоматически вылетал из клана, что для банши — страшный позор. Клан — это семья, а семья — это всё. Потребность в принадлежности к своей группе и чувство коллективизма банши прививали своим детям с пеленок, а потому не удивительно было, что именно семья и её поддержка ставились во главу угла.

Лишиться семьи и превратиться в изгоя можно было и другим способом, например, напав на своего соплеменника. Однако самым позорным считалось проиграть в ежегодных состязаниях три раза подряд. В этом случае воин считается окончательно побежденным и, следовательно, недостойным не только быть частью своего клана, но и когда-либо вернуться в него после изгнания. Поэтому банши усердно тренировались, чтобы не лишиться своего дома. А на девушках-банши ответственность лежала двойная — потеряв статус воина они, тем самым, лишали его и своих будущих детей. То есть, в отличие от матери, которая способна вступить в другой клан, доказав свою состоятельность в битве победой в трех поединках подряд, её дети, даже рожденные от полноправного члена её нового клана, принадлежать к нему не будут. Они смогут вступить в него только достигнув зрелости и победив уже в своей личной серии битв. Почему? У банши считалось, что сила передается от матери, а если мать оказалось слабой, проиграла, то и дети её будут слабыми. А слабые никому не нужны.