Дорогой скорби: падение, огонь и покаяние

– И что же так? – натужно улыбнулся Азариэль. – Плохой из стражника командир?

– Никакущий, если честно. Мы четыре года натыкались на мелкие шайки бандитов да ковены каких-то культистов. Но…

– Но что-то изменилось, что вы решились здесь собраться?

– А ты проницателен, парниша. Всё изменилось с того момента, когда мы прикончили вашего предателя-рыцаря.

– О, хоть где-то улыбнулась вам удача в поисках. Что ж, туда этому псу и дорога.

– Из-за него мы даже планировали свернуть погоню, но вовремя нашли ту женщину.

– Ну, спасибо, что хоть меня не бросили.

– Можешь хвалить Акатоша, что мы подоспели. И пока ты хвалишь Акатоша, мы будем хвалить тебя. То, что Рихард нашёл в журнале, который ты там нашёл, нас… заинтересовало.

– Понятно, – выдохнув, тяжело сказал Азариэль. – Знаешь, за последнее…

– Стоп. Не нужно мне рассказывать о своих похождениях, – строго, но улыбаясь, прервал парня Рафаэль. – Я уже наслышан о твоей жизни наёмника-алкоголика, который успел, и грабить караваны, и их защищать. А также опустошил лучшие таверны Сиродила. Мне уже обо всём поведали.

– Кто?

– Мои информаторы.

– Кто именно? – с лёгкой улыбкой и еле уловимым задором вопросил Азариэль, тут же омрачённый тягостью действительности.

– У меня много знакомых, которые смогли сообщить о твоём разнузданном характере и несдержанном кошельке.

Эти двое ещё долго могли общаться на самые различные темы, но время не жаловало никого. В комнату вошёл лесной эльф, облачённый в одеяния магов Скайрима, и заговорил сиплым посаженным голосом:

– Пройдёмте на совет. Рихард его решил раньше начать.

– Хорошо, мы сейчас спустимся, – ответил Рафаэль и обратился к лежащему парню. – Ну, что, давай помогу тебе натянуть тряпки.

Бывший капитан наёмников помог Азариэлю приподняться и встать. Бывший рыцарь по привычке хотел помочь себе левой рукой, но тут, же опомнился, что у него нет её. Досада от потери вновь стала набирать обороты. Его ум наполнился самыми скверными мыслями: «а что если это всё? Что если никто ему её не вернёт?», «А если маг сказал так, чтобы успокоить его». И ещё мириады самых дурных мыслей наполнили разум Азариэля, пока он вставал.

Своими стопами Азариэль почувствовал шероховатости деревянного пола. Он, сквозь усталость, истощённость и остаточную боль, смог встать на обе ноги. На себе он приметил только домотканые штаны, сотканные из грубой колющейся мешковины.

– Одень вот это, – подталкивая старые коричневые потёртые ботинки, и бежевый халат сказал Рафаэль.

Азариэль естественно это сам не мог одеть, и ему понадобилась помощь друга, который за две минуты смог помочь калеке обернуться в эти одежды. Как только бывший рыцарь одной рукой зачесал серебристые длинные до плеч волосы за спину, Рафаэль оттолкнул деревянную дверь и повёл за собой парня.

Перед взором Азариэля, как ему показалось, открылось огромное пространство. По бокам были одни комнаты, уходившие далеко в ряд. Все четыре стены были усеянными дверями, которые вели в такие же комнаты. А прямо перед собой он увидел деревянную стену.