Господин Фицек

Пришедший — стройный лысеющий черноусый человек в безукоризненно сшитом костюме — присел к столу на эстраде. Некоторое время он разговаривал с председателем, затем его собеседник открыл собрание.

— Слово предоставляется заместителю редактора «Непсавы» товарищу Шниттеру.

Шниттер встал и молча оглядел притихшую толпу. Дальние уголки сада не были видны с эстрады, нижние ветви деревьев закрывали столики, и сквозь густую листву проникал только свет лампионов, поэтому казалось, что сад уходит куда-то в бесконечную даль. Шниттер молча смотрел в упор на толпу людей. В еще недавно шумном саду — мертвая тишина. Но Шниттер все еще ждет. Его лицо непоколебимо спокойно.

— Товарищи! — Он сделал паузу. — Профсоюзный совет с радостью видит, что так много сапожных подмастерьев пришло защищать свои права и свой хлеб.

Тишину прорезал залп аплодисментов. Все встали. Гулкое «да здравствует!» прокатилось от конца сада к эстраде, грохот набегал, как прибой… Лампионы колыхались от дыхания множества людей.

— Я же сразу сказал, что этого быть не может… Видишь, я был прав.

— Признает.

— Поддерживает.

— Да здравствует!

— Победим!

Шниттер ждал, спокойно разглядывая бушующую толпу. Когда снова наступила тишина, он продолжал:

— Долго, очень долго пришлось ждать того времени, чтобы у рабочих обувных фабрик пробудилось сознание. Еще и сейчас есть тысячи нечленов профсоюза, тысячи, которые нам нужно вовлечь в союз. (Аплодисменты, Флориан посмотрел на Шимона, затем на Рейнгарда.) До тех пор пока большинство рабочих обувных фабрик не организованы, всякая стачка в опасности. Ее легко подавить, легко набрать штрейкбрехеров. Стачка — сильное, но опасное оружие. Профсоюзный совет с радостью видит боевое пробуждение рабочих-сапожников, но не может умолчать о том, что объявление стачки касается не только вас, но и профсоюзного совета. (Мертвая тишина.) Бастующих надо поддерживать. Без поддержки забастовка погибнет. Союзная касса истощена, потому что из сидящих здесь организованы только немногие, да и из них большинство вступило в союз недавно: месяц, два месяца тому назад. Что же случилось, товарищи, за последние месяцы? Почему устремились рабочие в союзы? Пожар русской революции осветил им путь. Если там, на родине царизма, в стране чернейшей реакции, поднялись трудящиеся и посмели вступить в борьбу за свои права, то и наши рабочие, пролетарии Европы, с полным правом могут сказать: «Мы не потерпим дальше! На бой! (Бурные аплодисменты. «Да здравствует Шниттер!») На бой, чтобы защитить права русского пролетариата! Вперед, на поле битвы, чтобы завоевать наши права!