Тесак, Фургал и другие. «Странные» смерти, дела и быт в российских тюрьмах
- Автор: Меркачёва Ева Михайловна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Книжный мир
- ISBN: 978-5-6045752-9-1
- Жанр: Публицистика
Электронная книга - «Тесак, Фургал и другие. «Странные» смерти, дела и быт в российских тюрьмах». Краткое содержание книги:
И долго буду тем любезен я народу,
Что чувства добрые я лирой пробуждал,
Что в мой жестокий век восславил я свободу
И милость к падшим призывал…
Дождь стихает, из-за туч выходит солнце, а ребята начинают шутить. Рано или поздно любой срок заканчивается. Что привнесли знаменитые арестанты в тюремный мир? Что он изменил в них самих?
Городок Алексеевка в Белгородской области, где находится ИК-4, хоть и маленький, но отнюдь не депрессивный. Здесь расположен молочный завод, где делают сгущёнку, фабрика, где производят майонез. А ещё тут добывают мел.
В Алексеевке жили бабушка и мама премьера Дмитрия Медведева. Места зеленые, красивые. Но есть и другая сторона. Этот район считается пострадавшим от Чернобыля, жители получают «гробовые», и сотрудникам колонии из числа старожилов ежемесячно доплачивают около 300 рублей за вредность.
С первого взгляда колония самая что ни на есть обычная, но очень ухоженная. Все здания и помещения чистые и отремонтированные. На центральной площадке стоит шикарная высоченная ель (как оказалось, в прошлом году она победила в тюремном конкурсе на лучшую новогоднюю елку в колонии). Храм соседствует с тюремным магазином, возле которого выстроилась очередь арестантов.
Стоит только походить по территории, как ловишь себя на мысли — кругом все начинает напоминать о футболе. Речь не только о достойном футбольном поле. Внутри зданий висят портреты легендарных футболистов, на стенах — плакаты, газеты, где рассказывается о Чемпионате мира по футболу-2018, о матчах, которые проводились в самой колонии, и т. д. Как оказалось, начальник сам обожает этот вид спорта. Спросите у него, в каком году какая команда вышла в финал того или иного чемпионата, какой при этом был счет — он все помнит наизусть.
Как он относится к своим новым «подопечным» — футболистам Кокорину и Мамаеву?
— Если не брать в расчет, что о них говорили, то вроде бы нормальные ребята, — считает Сергей Плясов.
В отряде № 8, куда поместили Мамаева и братьев Кокориных, группа осужденных смотрит телевизор в большой комнате. Спрашиваю их про знаменитых спортсменов.
— Хорошие парни, — отвечают. — Понтов нет у них никаких. Вообще они не стараются выделяться из общей массы. На контакт идут. Мы с ними общаемся постоянно.
Внимание к колонии со стороны СМИ осужденных пока не затронуло. Но журналисты действительно пытаются всячески «атаковать» колонию, снимают ее с крыш ближайших домов (так в сеть попали первые кадры, на которых Кокорин и Мамаев запечатлены на футбольном поле).
— Мне один репортер после этого дозвонился, — рассказывает Плясов. — Я ему сказал: «Откуда вы знаете, что это они в футбол играют? Может, они вообще в ШИЗО». А он взял и написал, что они в карцере. Заявляю вам: никто из троих, включая брата, не был ни дня в ШИЗО, потому что не было причин — они соблюдают порядок.
А вот и сами звездные арестанты! К футболистам за решетку надо ходить, с мячами. Вот «МК» и подарил ребятам (точнее колонии) профессиональный футбольный мяч (а на другом они поставили свои автографы и написали пожелания газете в честь ее 100-летнего юбилея).
— Мы вчера как раз один мяч «потеряли», — рассказывает Мамаев. — Тут такая ситуация: иногда мячи улетают и попадают в «колючку», из-за чего лопаются. Так что ваш подарок очень кстати!
Между делом футболисты похвалили хлеб, который пекут в колонии.
— Вы пробовали? Попробуйте! Фантастически вкусный.
Начальник ИК тут же распорядился принести из пекарни три буханки. Мы разломили хлеб «по-братски» и стали есть. Правда, вкусно.
Интервью обычно берут за кружкой чая или кофе, а тут получилось «за хлебом». Сначала ребята казались грустными, а хлынувший ливень за окном добавил грусти ситуации. Но вскоре они повеселели, даже стали шутить.
— Павел, Александр, выглядите немного грустными.
Мамаев: — Да нет, это кажется. Все нормально.
Кокорин: — Устали, наверное. Я лично устал.
— От чего? От жизни?
Мамаев: — Как можно от жизни устать? Нет, что вы. Все хорошо у нас, мы полны сил и оптимизма.
Кокорин: — Я устал от того, что много всего — и план надо выполнить на работе, и успеть потренироваться. И пока ведь все тут новое, непривычное, нужно время, чтобы втянуться.
— Все еще осталась обида на суровый приговор?
Мамаев: — Не обида, это другое. Наказание должно быть соразмерное. Не должно быть так, как сейчас. Мы не говорим сейчас про нас конкретно. За 10 месяцев пребывания в СИЗО много историй послушали от сокамерников, и сделали вывод — не всегда, к сожалению, справедливость в нашей стране ставится во главу угла.
— Если бы вы не попали за решетку, не узнали бы всех этих историй.