Путь наемника

Еще не имея четкого плана, енот направился к выходу с базарной площади, вслед за интересной компанией. С ближайшего прилавка он украл тяжеленькую гирьку для весов, а еще с одного стащил тонкий женский поясок из кожи и какую-то, уродского вида, кепку. Один конец пояска он на ходу обвязал вокруг ручки на гирьке, а на втором сделал петлю и надел на запястье. Получившийся импровизированный кистень он сложил в несколько раз и прикрыл от посторонних глаз кепкой. Давешняя процессия нашлась за одним из поворотов вглубь складского района. Первый бабуин нещадно мутузил постоянно извиняющуюся и в чем-то клянущуюся енотиху, а второй делал вид, что стоит на стреме.

Вывалившись из-за угла и раскачиваясь как пьяный, енот побрел в сторону караулящего бабуина, не забыв для достоверности образа пару раз свалиться в пыль.

— Куда щемишься, блевотина? — быканул на артефактора бабуин и потянул к нему лапу, чтобы схватить за шиворот.

В этот момент Спиркс резко крутанулся на месте и гирька, описав широкую дугу с хрустом вмялась в висок бабуина. Продолжив движение, Спиркс прокатился сбоку от падающего тела, и еще до того, как оно свалилось на землю, свистнув в воздухе кистенем, впечатал гирьку во второго, целя в голову. Но удар попал только вскользь, оставив на черепе длинную кровавую борозду. Шокированная внезапным нападением обезьяна отпрыгнула и вместо ответных действий просто завопила. Не теряя энергии поступательного движения, Спиркс кистенем описал перед собой восьмерку и обрушил на голову бабуина мощный вертикальный удар. В этот раз гиря достигла своей цели — она попала прямиком в темечко примата. Упавшего противника Спиркс избивал методично и долго, выцеливая сочленения суставов. Пока не порвался кожаный ремешок, и гирька со свистом не улетела дальше по проулку.

Енот выбросил уже бесполезный шнурок и осмотрел дело лап своих. Под ногами изломанной куклой валялось рыжее тело, бывшее некогда бабуином. Первая обезьяна, за все время экзекуции второй, так и не дернулась, а судя по здоровенной луже крови, натекшей из разбитого виска, уже и не дернется. Спиркс кое-как протер лапами морду, пытаясь стереть брызги крови. Сообразив, что делает только хуже, он сплюнул и подошел к енотихе. Та, трясясь крупной дрожью, отчаянно попыталась вжаться в стену еще глубже.

— Эй! Эй! Не бойся! Да не бойся ты, ну! Ты как? Идти можешь? Слушай, давай-ка пойдем отсюда, скоро могут их друзья нагрянуть, — енот мотнул головой себе за спину, — Послушай, мне насрать на ваши терки, и кто там чего накосячил, я в этом мире вообще ненадолго! Давай, я тебя провожу, куда там тебе надо, а у меня еще свои дела есть. Пошли!

Енотиха, опираясь на Спиркса, кое-как поднялась, и буквально вися на нем, заковыляла в лабиринт здешних проулков. Артефактор как мог поддерживал ее, не забывая, впрочем, невзначай пощупать лапой сочные выпуклости. Новая знакомая оказалась в этом плане весьма хороша.