Феномен

— Наш дивизия лёгкими танками вооружена, поэтому в нашей школе одиннадцать машин. Но на ходу только семь, остальные в строй не ввести, нет запчастей, используем их как доноры. Да и эти семь ненадёжны. Четыре новых машины там под навесом стоят. Как поставили вчера, чехлы поправили, так и стоят. Только часовые сменяются на охране.

— Что ж, идём глянем.

Слушал я старшину, встав на ступеньки у крыльца штаба школы, начищая сапоги щёткой, ваксу мне тоже выдали. Я уже в комбинезоне был, в шлемофоне, сам старшина в форме и фуражке, и мы направились к стоянке «тридцатьчетвёрок». Решил с них начать. Опознавшись у часового, снимать с поста не стал, старшина вызвал четырёх курсантов, те недалеко на плацу отрабатывали строевую под командованием сержанта, и стянули чехлы. Я показал, как их сворачивать максимально компактно и крепить на задней стенке башен танков. Пока курсанты этим занимались, осмотрел все четыре машины, запуская двигатели и наблюдая за приборами, и указал которую себе выбрал. Две машины были радиофицированы, две только с приёмниками. Проверил как закрепили чехлы, дёрнув, и два отвалились. Приказал переделать при мне. Вот теперь крепко. Вот так проверяя, сказал старшине:

— Баки пустые, боезапаса нет. Где это всё?

— Так на складе, шесть грузовиков привезли, там и бочки с горючесмазочными.

— Какая техника есть у школы?

— Одна «полуторка» с шофёром и всё. Был мотоцикл, так на нём лейтенант Степанян в штаб корпуса убыл. Пока не возвращался.

На старшину как на танкиста я не смотрел, он тут завсклад, за материальную часть ответственен. Тот сержант что на плацу молодёжь гоняет, ремонтник, на нём ремонт учебных машин. Чёрт, да их тут всего двое, старшина и сержант этот, ещё повар на кухне и обслуживающий персонал из гражданских. Полевой армейской тут нет, беда, и зенитных систем тоже. Я это первым делом уточнил.