Неоновые Боги [ЛП]

— Я еще не решил, заслужила ли ты это.

Я могла бы рассмеяться, если бы у меня был воздух. Я провожу рукой вниз по его груди, чтобы прижаться к его члену.

— Накажи меня позже, если захочешь.

Просто дай нам то, что нам обоим нужно сейчас. — Я смутно слышу звуки секса, доносящиеся с возвышения, шлепки плоти о плоть, но я смотрю только на Аида. — Пожалуйста. — я целую его. У него вкус виски и греха, искушение, которое я хочу полностью принять. Причины, по которым я согласилась на эту сделку, в этот момент начинают казаться далекими, а по моему телу пробегает похоть. Он мне нужен. Он нужен мне больше, чем еда, больше, чем вода, больше, чем воздух. Я слегка провожу зубами по его нижней губе.

— Пожалуйста, Аид.

— Ты меня убиваешь, — бормочет он.

Прежде чем я успеваю придумать ответ на это, он убирает пальцы. Рывок, и передняя часть моей юбки исчезла. Еще один яростный рывок, и мои трусики следуют за ним. Я моргаю, глядя на него, и он злобно ухмыляется.

— Сомневаешься в себе?

— Ни в малейшей степени. — Мне не нужны его уговоры двигаться, чтобы оседлать его. Я в

опасности, что буду тереться о его член через брюки, как одурманенный сексом монстр. Мне с трудом, с трудом удается удержаться от него.

— Презервативы?

— Мммм. — Он наклоняется к краю стула и достает пакет из фольги. Я ожидаю… Я не уверена.

Мне следовало бы знать лучше, чем пытаться предвидеть Аида в этот момент. Он вкладывает презерватив мне в руку и отталкивает меня достаточно, чтобы расстегнуть брюки.

Я разрываю презерватив, когда он вытаскивает свой член. Я облизываю губы.

— Обещай мне, что скоро я смогу раздеть тебя догола.

— Нет.

Я свирепо смотрю, но в лучшем случае чувствую себя нерешительно. Я слишком стремлюсь к нему. На то, чтобы натянуть презерватив на его твердую длину, уходит меньше времени. Он хватает меня за бедро одной рукой, удерживая на месте, пока я не посмотрю на него.

— Что?

— Нет пути назад, если ты сделаешь это. Если ты оседлаешь мой член, пока они будут

смотреть, они действительно поверят, что ты моя.

Слова кажутся серьезными, полными слоев, в которые я не могу вникнуть, когда мое тело практически плачет от потребности в нем. Завтра. Я все выясню завтра.

— Да, ты говорил. — Я вдруг испугалась, что он передумает. Я подозреваю, что в любом случае у

меня будет оргазм, но я слишком сильно хочу, чтобы его член был внутри меня, чтобы играть честно. Я наклоняюсь, пока мои губы не касаются раковины его уха.

— Возьми то, что принадлежит тебе, Аид. Я хочу, чтобы ты это сделал.

— Ты не принцесса. Ты чертова сирена. — Он дергает меня вперед, а затем оказывается внутри

меня. Я едва могу дышать, когда он тащит меня вниз по своему члену, наполняя меня почти неприятно полностью.