Невозможно удержаться

— Но разве ты не можешь потом избавиться от дара?

— Нет.

Меня пробила дрожь. Я подняла голову к потолку, стараясь сдержать слезы.

— Тома, что такое?

Он опустился рядом, осторожно приобнял, боясь измазать серебром.

— Ничего, отстирается, — улыбнулась я сквозь подступившие слезы.

— Ты в порядке? Хорошо себя чувствуешь?

— Да, в порядке, — солгала я.

— Тогда я продолжу? Если тебе вдруг покажется, что голова разрывается от новой информации — скажи мне. Хорошо?

В ответ я молча кивнула. Было страшно услышать больше. Почему я раньше не подумала о том, что мое отношение к нему может измениться после правды? Он был прав — лучше самой придумать ответ. Ведь мне в голову никогда бы не пришло подобное…

Не заметив моего состояния, он продолжил:

— Постановщик — изменение сна, — указал он на второе слово. — Это власть над настоящим. Я могу к любому человеку прийти вот так, как к тебе, и творить во сне все, до чего разгуляется моя фантазия. Правда, мне обязательно нужно знать, где человек спит, если он не рядом, как ты сейчас.

А вдруг это просто сон. Бредовый сон. Бред подсознания. Я схватила красную подушку и стала ее мять. Господи, она настоящая. Я разорвала наволочку — и вверх взметнулся вихрь белых перьев. Я словила в руку несколько штук и стала пристально рассматривать их. Они были одинаковыми. Идентичными. Такого не бывает в реальности… Двух одинаковых перьев, так же как и снежинок.

— Не верю, — поднялась я, сбрасывая с себя разорванную подушку. — Докажи, докажи… — подошла ближе к нему. — Докажи, черт возьми, что ты… ты…

Его безэмоциональное лицо меня злило. Я взялась за его плечо, сжала так сильно, как могла. Ему должно быть больно, но, видимо, нет. Я отошла обратно.

— Кажется, схожу с ума… Прости…

— Может, на сегодня хватит? В следующую ночь расскажу остальное?

— Нет. Давай сейчас. Буду держать себя в руках.

Я больше не присаживалась на диван, осталась стоять в нескольких метрах от доски.

— На чем я остановился…

— Таких, как ты, много?

— Достаточно. Но я не знаю, сколько именно. Никто не знает. Но количество измеряется тысячами.

— Тысячами?!

— Как ты заметила, мы ведем скрытый образ жизни. И не пользуемся даром при каждой возможности.

Зря я не присела — ноги подкашивались. Но я пообещала себе выстоять до конца.

— Говори дальше, прости, что перебила.

— Режиссер — изменение пути, — указал он на третье слово. — Это власть над будущим.

— Над будущим? Что это значит?

В голове в разных точках одновременно вспыхнула боль. Я обхватила голову руками, сцепив зубы.

Чужие руки прикоснулись ко мне, я их отбросила. На мне остались следы серебра, которые я сразу попыталась оттереть.

— Твой разум сопротивляется. Твой здравый рассудок не принимает этих фактов. Это нормально.