Рубикон Теодора Рузвельта
- Автор: Спивак Леонид
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- ISBN: 978-5-00165-251-9
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Рубикон Теодора Рузвельта». Краткое содержание книги:
Гаагские конвенции 1907 года по сей день остаются действующими международно-правовыми документами, признанными большинством держав мира. За участие в европейской политике Рузвельту серьезно досталось на Капитолийском холме от изоляционистски настроенных конгрессменов. Президента обвиняли в отходе от американской традиции нейтралитета, пренебрежении интересами страны, низкопоклонстве перед Старым Светом. Конгресс США в итоге все же ратифицировал гаагские документы, но внес в них столько поправок, что практическое значение конвенций было сведено до минимума. Рузвельт почти на полвека опередил свое время: Соединенные Штаты еще не были готовы играть первую скрипку в мировом оркестре.
При «Теодоре Великом» был также решен давний спор между Соединенным Королевством и США о границах Аляски. С 1867 года, когда российский император Александр II продал свои обширные американские владения, вопрос о морских и сухопутных границах США и образованного в том же году британского Доминиона Канада оставался открытым. В 1903 году был создан международный трибунал, на который англичане послали главного судью Великобритании лорда Альверстона, а Рузвельт — своего военного министра Э. Рута. Компромисс был достигнут с трех сторон, хотя канадцы остались недовольны: США пошли на небольшие территориальные уступки, но оставили за собой глубоководные тихоокеанские гавани. Этот узкий кусок побережья, где прямо на границе с Канадой находится Джуно, столица нынешнего штата Аляска, за специфическую форму на карте прозвали «ручкой кастрюли».
Теодор Рузвельт после ухода из Белого дома подвел в частном письме итог трехстороннего соглашения: «Урегулирование вопроса о границах Аляски устранило последнее серьезное разногласие между Британской империей и нами». Так президент юридически завершил великую «эпоху фронтира», сделав последнюю запись в анналах американского XIX века.
«Лев» и «Юпитер»
Во времена, когда обыватели в американской провинции печалились, что нарождающиеся железные дороги разоряют привычные линии дилижансов и придорожные таверны, а также подрывают моральные устои сельской глубинки, восходила звезда Джона Пирпонта Моргана, который видел намного дальше других.
«Финансовый гений Америки» начинал с заурядного мошенничества. Откупившись от призыва в армию в годы Гражданской войны, Морган заработал первый капитал на интендантских контрактах. Молодой банкир профинансировал схему, известную как «Дело карабинов», которая предполагала покупку 5000 бракованных винтовок, ликвидируемых правительством по цене 3,50 доллара за штуку. Позже карабины были перепроданы армейским интендантам как новые за 22 доллара каждый. Дерзость и цинизм данной схемы поражал воображение. Специальная комиссия Конгресса привлекла Моргана к ответственности, но он выкрутился, используя свои связи в Вашингтоне и заплатив отступные.
Среди экономического хаоса Гражданской войны в США Дж. П. Морган занимался обменом валюты и агрессивно спекулировал золотом на бирже, зарабатывая на колебаниях его цены огромные барыши. Стратегические планы генералов Севера и Юга, их наступления и отступления, осады и прорывы, победы и поражения шли только на пользу банкиру. Даже отец Пирпонта Моргана, сам далеко не ангел в бизнесе, приходил в ужас от деловых методов отпрыска. «Самая совершенная в мире машина по зарабатыванию денег» быстро набирала обороты — Пирпонт получал десятки, затем сотни тысяч долларов прибыли, и все, кто его знал, догадывались, что это только начало.
«Морган был известен своим немногословием, часто сводившимся к словам „да“ или „нет“, — писал романист Джон Дос Пассос, — а также своей манерой внезапно выпаливать их в лицо посетителю и особенным жестом руки, означавшим, „что я с этого получу?“» Морган занимался бизнесом так, словно вел военную кампанию: производил тщательную и скрытую разведку, наносил неожиданные массированные удары, умело концентрировал капитал на решающих направлениях и беспощадно добивал уже поверженного противника. Недаром все его гигантские яхты, каждая роскошнее предыдущей, носили одно имя — «Корсар».