Серый волк, белый конь [calibre 4.99.5]

– А ведь эти банальности – народная мудрость, – заметила девушка. – Да, поговорки его на слуху и приелись, и потому воспринимаются как что-то поверхностное, но если вдуматься, то все, что Проша говорит – правда. И честь надо смолоду беречь, и спешить – людей смешить, и… что там еще?

– Доверили стадо Волку – не будет толку?

– Я все же не овца на заклание, – улыбнулась Лада. – Послушай, Волк, прости за пощечину…

Волк поморщился и ответил:

– Зверем обернусь, быстрее раны заживут.

Он кувыркнулся – и крупный серый хищник клацнул зубами у самых Ладиных пальцев, девушка рефлекторно отдернула руку и поймала внимательный взгляд желтых глаз. Лада поправила на плече сумку и забралась на Беляша. Колобок прыгнул к ней на руки, она отряхнула его от прилипших соринок и прижала пятками теплые бока коня.

Деревья в лесу с каждым шагом Беляша распрямлялись, поднимали веточки, покрывались листвой. Пожухлую траву сменила сочная зелень. Солнце поднялось к зениту, нагрело воздух. Колобок спрыгнул с коня, покатился по травке, блаженно жмуря глаз. Лада свернула пуховик, засунула его в сумку, расстегнула пуговку на рубашке. От тепла ее разморило, глаза сами закрывались, сказывалась бурная ночь.

Кряжистое дерево у дороги вдруг пошевелилось, качнуло ветками, открыло зеленые глаза.

– Волк, надо отдохнуть, у меня уже глюки от недосыпа, – сказала Лада.

– Добрый день, царевна, здорово, Волк, – ответило дерево и вдруг пригнулось, распрямилось и стало крепким мужиком.

– Леший! – оборотень превратился в человека, расплылся в улыбке, и они обнялись, как хорошие друзья.

Леший протянул Ладе широкую твердую ладонь, помог спешиться. Он не спешил отпускать ее руку, пристально рассматривая царевну изумрудными глазами. Он был одет в коричневые штаны и рубаху, подпоясан куском бечевки. Жесткие каштановые волосы торчали во все стороны, словно Леший нацепил себе на голову гнездо. Внимание Лады приковала его борода: коричневые пряди переплетались с зелеными листьями, мелкими белыми цветочками с желтой сердцевиной, а кое-где в ней краснели вкрапления земляники.

Лада протянула руку, чтобы сорвать ягодку, но Волк перехватил ее ладонь.

– Говорят, вы Кощея убили, – Леший хмыкнул, окинул Волка понятливым взглядом и отступил от Лады на шаг назад.

– Так и есть, – подтвердила девушка.

– Я иду к его башне. Попробую пробудить землю в округе. Семена несу, – он кивнул на мешок за плечом. – А вы пока у меня остановитесь.

Деревья у обочины отклонились, раздвинули ветви, и, словно по волшебству, на пригорке выросла уютная избушка. Вдоль деревянной веранды цвели самые роскошные клумбы, которые Лада когда-либо видела, хотя цветы все были узнаваемые, вот только обычные ромашки вымахали размером с тарелку, клевер походил на мохнатую шишку, а в синих колокольчиках легко мог бы спрятаться воробей.

– Мы спешим, – ответил Волк.

– Как знаешь, – пожал плечами Леший. – Только вот царевна чуть с коня не валится. А я собираюсь вызвать ливень, чтоб семена всходы дали. А еще у меня пироги только из печи, а для твоего хвоста – облепиховое масло.