Кто сильней - боксёр или самбист? Часть 5
- Автор: Тагиров Роман
- Серия: Прапорщик Кантемиров #5
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: "Камрад"
- ISBN: 978-5-9500670-5-1
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Кто сильней - боксёр или самбист? Часть 5». Краткое содержание книги:
Совместная жизнь русских и немцев в ГДР. Служба, жизнь и быт советских военнослужащих дрезденского гарнизона Группы Советских Войск в Германии. Армейское братство советских солдат, офицеров и прапорщиков разных национальностей и народностей СССР.
Развитие конфликта молодого прапорщика, КМС по боксу, с майором КГБ, мастером спорта по самбо, директором Дома Советско-Германской дружбы в Дрездене. Начало развала великой державы и самой мощной группировки Советской Армии в Европе.
Все события и имена придуманы автором, и к суровой действительности за окном не имеют никакого отношения…
Немец молча ждал ответа, с лёгкой усмешкой рассматривая молодого русского.
Парень с Южного Урала рассердился на себя и сухо ответил:
— С сорок седьмой.
— А я с сорок четвёртой, — гордо заявил немец чисто по-русски и, вытащив из внутреннего кармана пачку сотенных купюр, выдернул одну и подозвал по имени проходящую мимо работницу общественного питания: — Катюша, сделай, пожалуйста, нам ещё одну бутылку «Столичной».
— Я сегодня не смогу пить…, — заявил Тимур и посмотрел на знакомую официантку.
Екатерина, жена одного из прапорщиков танкового полка, знала о случившейся трагедии в гарнизоне и сразу предложила:
— Я вам чаю принесу.
— Покрепче и с лимоном, — добавил старик, хлопнув рюмашку и вставая со стола, протянул руку земляку: — Питер.
— Тимур.
— Татарин?
— Да.
— Тогда пойдём, земляк, чай пить за другой стол.
Пожилой немец с молодым татарином (русским, в общем…) присели рядом и разговорились. Питер сообщил, что был контужен, попал в плен офицером в начале 1943 под Курском и потом этапом за Урал. Затем сразу начал спрашивать про свою шахту и очень огорчился, узнав, что горнодобывающее предприятие закрыли и затопили. Даже хотел ещё раз махануть рюмашку, но, взглянув на собеседника, решил лишний раз не тревожить тонкую загадочную душу юного собеседника.
Кантемиров умел слушать и с нескрываемым удивлением узнавал всю подноготную нового знакомого немца, происходившего из военной династии древнего рода саксонских дворян. Питер с печалью в голосе сообщил, что если бы он жил в ФРГ, то был бы Питер фон Остен-Сакен. Однако, бывший военнопленный, отбыв семь лет в русском плену, вернулся в ГДР и не захотел уезжать из родного Дрездена, хотя у него все родственники рванули на Запад ещё в мае 1945 года.
К концу второй чашки крепкого чая Питер вдруг спросил:
— Тимур, давно пьёшь?
Прапорщик тяжело вздохнул:
— Около месяца. После того, как погиб мой друг.
— Я знаю эту историю. Очень жаль людей…
— От меня ещё подруга ушла, — русский решил излить душу.
— Бывает…, — успокоил побитый жизнью саксонский мужик. — Ничего… Новую девушку найдёшь.
Немец с русским помолчали несколько минут, и пожилой человек предложил:
— Пойдём, прогуляемся. Дождя нет, небо ясное, а я тебе свой дом покажу, здесь недалеко, на берегу Эльбы. И тебе на свежем воздухе будет лучше, чем здесь. Поверь, я знаю.
Новые знакомые вышли на улицу, и Тимур в тёплой кожаной куртке, купленной в берлинском интершопе, по достоинству оценил стильную одежду пожилого человека:
— Красивый плащ и костюм. Тоже в интершопе покупал?
— Брат с Мюнхена постоянно привозит подарки. У меня много родственников на западных землях, часто приезжают.
— Родня — это хорошо…
У прапорщика мелькнула мысль о западных марках, но Кантемиров решил не торопить события. Кто его знает, этого Питера. Может быть, за семь лет советского плена он стал идейным коммунистом?
Так за разговором поднялись по булыжной мостовой на высокий холм, на котором тянулся вверх остроконечной крышей большой дом, похожий на средневековый замок с башней. Дом окружал просторный сад с вековыми деревьями. Тимур с Питером остановились у кирпичной арки с потемневшими от времени дубовыми воротами, и молодой человек, с восхищением разглядывая освещенный луной двор, сообщил:
— Вот теперь я понял, почему к тебе так часто приезжают родственники — чтобы полюбоваться родными местами.
Было видно, что немцу понравились слова молодого русского.
— Наше родовое гнездо. Дом большой, но нужен ремонт. — Старик посмотрел на приободрившегося земляка. — Легче стало после прогулки?
— Спасибо, Питер, что вытащил меня из ГДО. Голова просвежилась, вот только сердце стучит так, как будто километр пробежал.
— Тогда зайдём в гости, я тебе специальный чай приготовлю.
— Неудобно на ночь глядя…, — Тимур осмотрелся вокруг. На улице ни души. Добропорядочные бюргеры уже спят давно.
— Пойдём. Я сегодня один дома. Подруга уехала к родственникам в Эрфурт.
— Раз один, тогда зайдём, — согласился гость и добавил: — Всё равно спать не могу.
— Сегодня уснёшь…, — многозначительно пообещал опытный человек и открыл калитку.
Район Radeberger Vorstadt, где находился дом бывшего немецкого дворянина, располагался на высоких холмах берегов Эльбы, никогда не попадал под разлив реки и считался одним из самых дорогих и престижных районов Дрездена.
Сегодняшняя ночь в конце октября порадовала горожан тёплой и ясной погодой, и, как ни крути карту мира, всё же юг бывшей ГДР, до границы с Чехией всего сорок километров. Антициклон, пришедший с северных африканских берегов, полностью захватил южную половину объединённой Германии. Было тепло даже ночью, и молодой человек с удовольствием вдыхал полной грудью чистый речной воздух, прочищая лёгкие и кровь от алкогольных остатков…