Потому что ты любишь ненавидеть меня: 13 злодейских сказок [Антология]

– Ты больше не одна из нас, – сказал Лориндел, брезгливо оттопырив нижнюю губу. – Ты не являешься частью нашего народа!

Созерцавшие мое змеиное тело придворные, что собрались в тронном зале, вокруг огромного кресла из хрусталя, дружно захихикали.

Пока меня не было, старый король приказал долго жить, и Лориндел занял его место. Ничего удивительного, что он взял Бельдину в жены, и сейчас та находилась рядом с мужем, держа на коленях новорожденного.

Шестую дочь, как мне сказали.

Я сжала кулаки, обуздывая желание как следует рявкнуть на этих злых дураков. Сказать им, что только этому месту и этому племени могу я принадлежать!

Хотя нет, может быть, он и прав, и я в самом деле никогда не была одной из них. Может быть, но исключительно по его вине, по его и таких, как он, маленьких умов, неспособных оценить мой талант, и обходившихся со мной как с парией еще тогда, когда у них не имелось для этого причин.

– И куда бы вы пожелали, чтобы я отправилась, Ваше Величество? – спросила я, не пытаясь скрыть насмешки. – По вашим словам, я не принадлежу к вашему королевству. Однако и к миру над волнами я тоже не имею отношения.

Лориндел хмыкнул.

– Не моя забота, куда ты отправишься. Ты есть мерзость и позор пред ликом моря. Мне бы не хотелось, чтобы ты оскверняла мои владения своим присутствием. Если некто из моих подданных решит обратиться к тебе, чтобы использовать твое темное искусство, я не смогу этому помешать, но я и не одобрю подобное и сам не прибегну к твоим услугам. С сего момента мы более не желаем тебя здесь видеть.

Не желаем здесь видеть, вот как.

Ярость вспыхнула у меня в сердце, клыками прогрызая дорогу наружу, к коже.

Кто он таков, этот мужчина, чтобы решать, где мне быть, и где мне не быть? Откуда у него право преуменьшать то, через что я прошла, страдания, которым подвергалась, и после того, как у него был шанс предотвратить все это ценой единой улыбки и доброго слова?

Не только Лориндел. Все они.

Самюэль и Бельдина, и королевство целиком, и весь мир.

Они все отвергали меня, принижали мой труд, насмехались над моими мечтами и предавали любовь.

Нет, не найдется здесь доброты. Для бедной, трогательной Нерит.

Я прищурилась и глянула на новорожденную, завернутую в пеленку из шкуры тюленя, на крохотный изящный хвостик, что сонно шевелился. А затем перевела глаза обратно на Короля Морей, и улыбка расцвела на моих губах, на моих зубах.

– Выкиньте меня отсюда, если таково ваше желание. Ведь вы правы, мудрый король, как только они узнают, что я могу, они придут ко мне, чтобы использовать темное искусство. Невинные и отчаявшиеся. И помощь, которую они получат, отзовется отчаянием для всех, кто не услышит предупреждений об опасности темной магии. Доказательством тому – мое собственное отчаяние.

Я повернулась, и придворные в ужасе шарахнулись прочь, уступая мне дорогу.