Welcome to Russia или Приключения Гермионы Грейнджер в России (СИ)

В ее глазах читалось слишком многое: немой вопрос, боль, разочарование и неверие. Северус словно мог видеть, как в этот момент разрывалось ее сердце от неверной догадки — так много отчаяния было в ее глазах. Чего там не было, так это злости и ненависти. Северус не понимал, почему не обнаружил этих чувств в ее взгляде. Куда лучше было бы, если бы она его искренне возненавидела. Он совершенно не хотел ей причинять боль ни сейчас, ни позже — своим уходом. В его сердце забился еще один острый кол отвращения к самому себе.

Внезапно все вокруг начало темнеть. Штаб начал пропадать, размываясь. Картинка сильно закрутилась и последовал резкий толчок. В следующую секунду, это уже был кабинет Кингсли. Голова Гермионы оторвалась от Омута памяти. Еще не отойдя от воспоминаний, она обернулась. Позади нее стоял Северус. Его поза была напряженной и прямой, точно как в Омуте, и Гермионе показалось, будто он ждал ее приговора.

Комментарий к Глава 26_2.

Что же, на этом, основная часть подходит к концу и мы плавно переходим к финалу. Впереди еще 3 главы (вместе с эпилогом).

Конечно, хеппи энд произойдет не слишком быстро - нашим героям еще надо немного порефлексировать, к тому же, не все второстепенные сюжетные ветки были закрыты.

К слову, на днях я дописала все главы этой работы, впереди лишь редакция. Потому, не вижу смысла тянуть: следующая глава ожидается на этой неделе в среду, глава после неё - в четверг! И останется лишь эпилог)

Ну и, конечно, немного насчет этой главы. Хочу заметить, что Гермиона не могла полноценно чувствовать эмоции Северуса через Омут и, тем более, слышать его мысли. Доступ к ним имели лишь мы, как сторонние наблюдатели)

Ну и, по традиции, интересуюсь, как вам эта глава? Я очень постаралась сделать красивый и четкий обоснуй ко всему происходящему)

========== Глава 27. Новая глава жизни. ==========

Голова Гермионы оторвалась от Омута памяти. Она обернулась. Позади нее стоял Северус. Его поза была напряженной и прямой и Гермионе показалось, будто он ждал ее приговора.

Некоторое время они оба молчали. Взгляд Гермионы был несколько задумчивым. Она прокручивала в голове воспоминания, увиденные только что.

В свою очередь взгляд Северуса был обращен будто бы в пустоту. Очевидно, в его голове было также слишком много мыслей, однако он был опустошен. После убийства Беллатрисы, часом ранее, последнее запретное заклинание окончательно разворотило его душу, оставив в ней чернеющую дыру. Ощущение было то же, как после смерти Альбуса. Весь мир словно окончательно посерел.

— Ты не виноват во всем, — послышался тихий голос Гермионы и Северус обратил к ней слегка удивленный взгляд.

Волшебница подошла к нему чуть ближе, не нарушая при этом его личное пространство.

— Я не могла полноценно ощущать твои чувства и мысли через Омут, но это очевидно, что ты винишь во всем только себя, — продолжила говорить она. Ее голос звучал печально. — Мы все просчитались в определенный момент. Я договорилась о встрече с Гарри в кафе и из-за этого Беллатриса увидела галеон. Гарри же не смутило отсутствие обратной связи от тебя, а главное он сам не разрешил вопрос с Малфоем. Появления Белби не ожидал никто и мы правда вели себя предельно осторожно, — Гермиона перечисляла факты, не прерываясь. — На каждом из нас лежала ответственность. Но главное то, что сейчас все закончилось. Так, как планировалось изначально.

Гермиона ожидала, что Северус ей что-то ответит, но он молчал. Его пустой взгляд оставался таким же. Она не знала, как могла его расшевелить. Внезапно, его глаза пробежались по ее телу. Гермиона заметила, что взгляд останавливался на шрамах и захотела интуитивно прикрыться, но сдержала себя и вновь обратилась к нему.

— Я не виню тебя, Северус, — повторила она и он вновь взглянул в ее глаза. — Я не виню тебя за это. Не делай этого сам.

В его глазах на секунду проскользнула боль.

— Прошу, не закрывайся от меня, — голос Гермионы прозвучал очень тихо и отчаянно.

Северус заставил свой разум прийти в чувство.

— Гермиона, — произнес он столь же тихо. — Мне нужно вернуться обратно.

Ее взгляд выразил удивление.

— Надолго?

— Я не могу сказать.

— Только не говори мне, что ты собрался уйти, — прошептала она.

Северус промолчал. Он не находил в себе силы сказать ей это, но врать в глаза также не мог. Брови Гермионы взлетели выше.

— Северус, это правда? После всего, через что пришлось пройти? Все ведь закончилось, — в ее голосе все также сквозило отчаяние.

Северус слегка тряхнул головой, закрывая часть лица волосами.

— Хотя бы объясни, почему? — произнесла она вновь тише.

— Я не хочу причинить тебе новую боль, — его слова звучали совсем сухо, будто он вытягивал их из себя через силу. — И не хочу утянуть тебя за собой в ту жизнь, где необходимо вечно скрываться и изворачиваться.

— Мне все равно, — произнесла Гермиона с вызовом. — И ты не причинил мне боль. Я ведь сказала, что не виню тебя.

— Я видел твой взгляд. Тогда, в штабе. Это была верная реакция, — уточнил он. — К тому же, я сам осознаю собственную вину.

— Я смотрела так лишь потому, что на тот момент подумала, что ты обманул меня и всех нас. Я испугалась предательства, не зная того, что происходило. Решила, что ты вел собственную игру.

— Я всегда веду ее, — он наконец вернул свой взгляд к ней и его волосы вновь открыли его лицо. Теперь оно не было равнодушным: во взгляде читалась опустошенность. — Именно из-за этого, я не хочу утянуть тебя за собой. Ты не сможешь мне доверять, потому что я действительно был предателем и не раз. Я предал сторону Альбуса в юности, а позже, поступил также с Лордом, — его голос наполнился тоской. — Ты достойна лучшего, Гермиона.