Кровь Рима [ЛП][The Blood of Rome]

Катон ничего не сказал, наблюдая за приближением незнакомцев. Он все еще был глубоко поглощен похоронами, которые состоялись этим утром. Тела Петиллия и его людей положили на длинный помост из бревен, а костер зажег сам Катон. Вторая когорта стояла в молчании, выстроившись с трех сторон вокруг костра, и смотрела, как пламя разгорается и распространяется, пока деревянные бревна и тела не были охвачены клубящимся адом. Дым поднимался в небо, а воздух наполнился едким запахом жареного мяса и горелой сосновой смолы. В какой-то момент, когда трупы начали корчиться в пламени, одно из тел медленно поднялось в сидячее положение и, казалось, смотрело прямо на Катона, стоявшего перед другими офицерами и штандартами когорты. Это на мгновение встревожило его, ему показалось, что фигура чего-то от него требует. Требует мести. Медленно, слишком медленно, пламя поглотило тело, и останки рухнули среди обугленных поленьев, а костер устоялся и неуклонно догорал, оставляя после себя груду раскаленных углей и тонкие клубы дыма.

- Помяните наших товарищей! - воскликнул Катон. - Никогда не забывайте, что им было отказано в солдатской смерти, и они ушли в тень с сердцами, полными жажды мести. Преторианцы, они были убиты нашими врагами, как животные. Они подвергались пыткам и унижениям, которые выходили далеко за рамки допустимого на войне. Их духи взывают к нам из могилы, требуя отмщения! Требуют, чтобы мы обрушили на врага огонь, ярость и свирепость! Мы не успокоимся, пока парфяне, ответственные за это злодеяние, не будут выслежены и убиты без пощады. Только тогда наши братья, центурион Петиллий и его люди, познают мир.

Катон поднял руки и лицо к затянутым дымом небесам.

- Клянусь в этом перед Юпитером Наилучшим Величайшим! Братья, поклянитесь вместе со мной!

Преторианцы подхватили клятву гневным ревом.

- Мы клянемся перед Юпитером Наилучшим Величайшим!

Когда когорта формировалась для марша, Катон видел горькую решимость на их лицах и чувствовал холодное удовлетворение от предвкушения ярости, которую они обрушат на врага, когда представится возможность. Смерть их товарищей будет многократно отомщена, прежде чем их жажда крови будет утолена. Все утро колонна продвигалась в молчании, без обычных разговоров и маршевых песен, которые обычно сопровождали ее.

Теперь, сразу после полудня, Катон и Макрон ехали на небольшом расстоянии позади Радамиста и его компании, когда царевич остановился и сел в седло, изменив свою осанку, держа поводья в правой руке, а левой опираясь на бедро, с властно выставленным локтем. Двое римлян догнали и подождали, пока новоприбывшие приблизятся. Вблизи Катон разглядел, что на них золотые цепи и кольца с драгоценными камнями, а их одежды имеют шелковистый блеск.