Жена по контракту
- Автор: Вестич Виктория
- Серия: Контракт #2
- Язык: русский
- Жанр: Короткие романтические романы
Электронная книга - «Жена по контракту». Краткое содержание книги:
В тексте есть: сложные отношения, от ненависти до любви, очень эмоционально
Егор остался за пределами кабинета, даже охраны сейчас здесь нет. Корнеев всегда был помешан на личной безопасности, а тут вдруг принимает его в кабинете без кого-либо постороннего. Нахмурившись, Демид оглядывает комнату еще раз, но уже внимательнее, словно пытаясь понять, может тут быть какая-нибудь потайная дверь, за которой прячется парочка головорезов. Все эти потайные двери и комнаты из разряда каких-нибудь сказок, но кто знает, что творится в голове у Клима.
— Просто поговорить с тобой, — спустя некоторое время наконец произносит старик, разглядывая Рокотова внимательным изучающим взглядом.
— Оставь в покое Соню и детей, — игнорируя его интерес, говорит Демид, — Какие бы счеты у тебя с Лютым ни были, они здесь не при чем.
— Разве это не замечательно, что судьба подкинула такой шанс? — словно не услышав сказанных им слов, продолжает Корнеев, складывая руки лодочкой и пряча в них подбородок, — Ты мой сын, я твой отец. После гибели Эллы я думал, что я остался совсем один, пережил своего ребенка, но оказалось, что она и дочерью моей никогда не была…
— И ты сразу скорбеть перестал? — насмешливо вздергивает бровь Демид. Какие бы этот человек ни сказал слова, как бы ни строил из себя печального и убитого горем, верить ему он не собирался.
Клим морщится.
— Ты мой сын, — снова проигнорировав слова Рокотова, повторяет он, — Мой наследник. Ты можешь сесть на мое место, прибрать к рукам этот город. Все мои деньги, вся власть — все перейдет тебе.
Лицо Демида вытягивается от удивления. Он смотрит на сидящего напротив старика с таким видом, словно он сказал сейчас что-то глупое или смешное. Но собеседник сохраняет такое глубокомысленное и серьезное выражение лица, что, не выдержав, Рокотов прыснул, а после, запрокинув голову, от души расхохотался.
— Что? Власть? Ты серьезно, Клим? — сдавленно спрашивает Демид, подаваясь вперед, и удерживая пальцы у края губы, там, где закровоточила после смеха ранка, — Ты даже открыто против Лютого не выступил, знал, что не совладаешь с ним. Все исподтишка делал, детям угрожал — это потому, что у тебя есть власть? Или наоборот, ты уже давно ничего не имеешь, поэтому только и способен, что использовать для своих целей детей?
— Когда ты встанешь на мое место, то поймешь, что все средства хороши.
Демид усмехается, качая головой:
— Да уж… я раньше надеялся, что ты… ты правда сильно переживал об Элле. Так же, как и я. Поэтому хотел отомстить Косте. Но я никогда бы не додумался шантажировать его жизнью ребенка. Я был полным дураком, что ввязался в это. Так или иначе, наплевать на все, что ты предлагаешь. Мне ничего от тебя не нужно.
— Демид…
— Сейчас, когда ты понял, что Элла не была твоей дочерью, ты не собираешься больше мстить Лютому?
— Собираюсь. Эллу я воспитывал как родную, и мне нет разницы, что сейчас показали бумажки.
— Ну ты и лжец… Тебе давно все равно. С самого начала ты просто конкурента хотел убрать. Не смог простить, что Костя тебя окончательно на задворки выпихнул и сотрудничать не стал. Только поэтому решил мстить.
— Сын…
— Заткнись. Заткни. Свой гребаный. Рот, — подавшись вперед, цедит Демид с плохо скрываемой ненавистью, — Ты никто мне. Я поговорил с теткой пару дней назад. Хочешь знать, что она рассказала мне?
Он следит, сощурившись, за тем, как бледнеет Клим, и продолжает:
— Она рассказала, как мама забеременела. Что ее изнасиловали. Она не знает, кто, сказала лишь, что это был какой-то чертов сынок важной шишки, потому что дело быстро прикрыли, а маме приказали молчать. Запугали, что не только ее прирежут, но и всю семью, а потом выставят это как пьяную поножовщину, и прикопают по-тихому. Ты просто воспользовался властью своего папашки, почувствовал безнаказанность. Тебе стало скучно и ты так развлекся, — глухо говорит Демид, не сводя с Корнеева немигающего взгляда и сам не замечая, как хрустят плотно сжатые кулаки, — Из-за тебя она погибла. Или, может, ты сам ей помог из окна шагнуть? Чтобы она безупречную честь семьи не замарала, не выдержав и рассказав все в милиции? Ты ведь и после решил к ней приходить, не оставил ее в покое.
Клим молчит, вперившись глазами в собственного сына и судорожно сглатывает каждые несколько секунд. Под правым глазом дергает нерв, из-за чего морщинки то и дело собираются в уголке. Рокотов ненавидит в нем все, до каждой мелкой черточки. Настолько, что тошнотворно видеть даже этот нервный тик.
— Какая же ты мразь, Корнеев. Не верю, что такая сволочь, как ты, стала моим отцом, — цедит он.
— Демид…
— Отстань от моей жены, — обрывает он, — Иначе, клянусь, если ты что-нибудь сделаешь ей, Тимуру или Лесе, я сам возьму оружие и пристрелю тебя.