Кавказ без русских: удар с юга

Подобное поведение со стороны представителей северокавказских этносов наблюдаются и за пределами самого Северного Кавказа. Одним из примеров стала попытка «отбить своих» задержанных по делу убийства Егора Свиридова в Москве, в результате чего все задержанные сначала были отпущены, что, в итоге, закончилось столкновениями на Манежной площади. Произошло это по той причине, что фанаты «Спартака», к которым принадлежал Свиридов, также проявили высокую степень консолидации. Чего не скажешь о русских, проживающих в «национальных республиках» СКФО.

Вместе с тем подобная «перестраховка» со стороны местных властей и правоохранительных органов и переквалификация всех преступлений «на национальной почве» в «бытовые столкновения» создают, с одной стороны, атмосферу безнаказанности для представителей титульных этносов, с другой — атмосферу страха и невозможности доказать свою правоту представителями русского населения. Которому, в результате, не остаётся ничего, кроме как искать попытки покинуть северокавказские республики в силу невозможности добиться справедливости и соответствующего произведённым деяниям наказания. Вместо этого местные власти, в том числе представители силовых структур, зачастую принимают сторону своих соплеменников, пытаясь избавить их от ответственности и даже, в некоторых случаях, привлечь к ответственности пострадавшую сторону. Так, после публикации жителем города Майский Евгением Кузьмиченко статьи под названием «Майский район и город деградируют»[263], где автор рассказал о двух крупных драках со стрельбой, погибшим, госпитализированными и раненным милиционером, которыми закончились два визита представителей кабардинского этноса из Аргудана и г. Терека в станицу Котляревскую, к нему пришли местные участковые и предложили проехать в прокуратуру для дачи «показаний по факту публикации». Кузьмиченко без официального приглашения ехать отказался[264] и вскоре получил повестку, после чего посетил прокуратуру, где в течение четырёх часов его опрашивали по содержанию текста статьи, склоняя к тому, чтобы он отказался от своих слов. Несмотря на то, что Кузьмиченко подтвердил все изложенные факты, его всё же вынудили дать письменное пояснение по некоторым пунктам статьи[265]. Что касается самого описанного инцидента, то его быстро «замяли» сразу после того, как он случился, и внятной правовой оценки произошедшему так дано и не было.