Кавказ без русских: удар с юга

Много проблем у казаков и на бытовой почве. В октябре 2009 года большой группой осетин, находившихся в нетрезвом виде, был избит русский житель Владикавказа, сын атамана Терского казачьего войска Владикавказского округа Александра Петровича Кабакова, который в результате избиения получил перелом ноги.

Избиением закончился визит атамана Майкопского православного казачьего братства Владимира Сахно в Центр по противодействию экстремизму МВД по Республике Адыгея. По благословению епископа Майкопского и Адыгейского Пантелеимона и с разрешения администрации Кавказского государственного биосферного заповедника на вершине горы Фишт был установлен Охранный поклонный крест в память защитников Кавказа в годы Великой Отечественной войны, погибших альпинистов и спелеологов и во имя спасения людей, ныне работающих и идущих в горы. Через некоторое время данный Поклонный крест был спилен неустановленными лицами и унесён в неизвестном направлении. По данному факту ОВД по Майкопскому району было возбуждено уголовное дело, которое так и не было раскрыто. На собственные средства Братство изготовило копию уничтоженного креста, совершило восхождение на гору Фишт и 19 сентября 2010 года установило его на прежнее место. Прохождение в Кавказский государственный биосферный заповедник и восстановление уничтоженного Креста было согласовано с администрацией заповедника, а повторное благословение РПЦ не требовалось. По возвращении в город Майкоп по телефону Сахно был приглашён в Центр по противодействию экстремизму МВД по Республике Адыгея к капитану В. В. Хренкову. В его кабинете Сахно дал письменное объяснение по факту восстановления Креста. После того, как Хренков отнёс объяснение руководителю, Владимир Сахно был приглашён к Мурадину Султановичу Брантову, который, ознакомившись с ним, стал обвинять самого Сахно в экстремизме, заявив, что атаман «работает на какую-то службу и выполняет чьи-то поручения, устанавливая кресты». После этого Брантов начал угрожать Сахно уголовным преследованием, потребовал написать новое объяснение, так как «написанное только что не годится». В ответ Сахно потребовал объяснить, в чём его обвиняют и почему он вообще должен объяснять, почему он и его единомышленники восстановили крест. Реакция адыга Брантова была, мягко говоря, неожиданной. «Брантов М. С. встал из-за стола, и, подойдя ко мне, сидящему на стуле, нанёс удар кулаком по голове, после чего вышел», — рассказал Сахно. Вскоре его отпустили. Однако по дороге домой атаману стало плохо — он почувствовал недомогание, головокружение, тошноту. Чуть позже началась рвота, в связи с чем он обратился в травмпункт, а затем — в республиканскую больницу, где ему поставили диагноз — ушиб мягких тканей головы. Не может не удивлять и дальнейшее поведение Брантова. Вместо того чтобы принести атаману свои извинения, он, по словам Сахно, стал заявлять, что его оклеветали: «Когда их опрашивала прокуратура, он говорил — нет, ничего не было. Мол, я наговариваю». Как утверждает председатель исполкома Союза славян Адыгеи Владимир Каратаев, это далеко не первый подобный случай: «Мы неоднократно обращались с жалобами на подобные факты, но ни прокуратура, ни общественные организации никак на это не реагировали. И это руководитель отдела так себя ведёт»[258]. Что уж говорить о подчинённых…