Советский эльф

Чуть придушиваю его, жду, когда потеряет сознание. Осматриваюсь, видел ли кто-нибудь нас. Тишина. Никого нет.

Оттаскиваю тело вора чуть подальше, чтобы нам наверняка никто не помешал.

Присаживаюсь рядом, поворачиваю ладони к моей будущей копии и полушёпотом произношу короткое напевное четверостишье. Пальцы сами выстраивают нужные фигуры. Тяну на себя облик Салавара, одновременно передавая ему свой внешний вид. Процедура эта безболезненная и вообще практически незаметная. Со стороны выглядит, будто мы, задрожав, как миражи в раскалённом воздухе, сливаемся в одно целое, чтобы после разделиться, обменявшись телами.

А учитывая, что мы находимся в «Зеркальном лабиринте», то весь процесс протекает довольно «естественно». Вот нас двое, вот один и вот снова пара.

Я поднимаюсь, уже приняв образ «вора в законе». Теперь нужно дать себе фору.

Связываю главаря его же одеждой и засовываю в полутёмную комнату с надписью «техническое помещение». Судя по количеству пыли и мусора вокруг, сюда вообще редко заходят. В любом случае, мне и нужно всего несколько часов. А там механизм заработает сам. Потом вернусь за ним и заберу до утра в надёжное место.

Выхожу, принимаю суровый вид и оглядываюсь. Щёлкаю пальцами, подзывая «торпед». Жест, который приметил у Салавара.

Коротко и весомо говорю, что теперь с этим хмырём проблем не будет. Бойцы кивают, верят. Для них хозяин всегда прав. Сказал, значит так и есть, проверять, показывать неуважение.

Выходим из парка, там нас ждут две машины. Сажусь в ту, которая, кажется, подороже. Вроде угадываю, пока не вижу косых или удивлённых взглядов. Значит, заклинание работает.

Я выгляжу, как Салавар, говорю его голосом, даже пахну мерзким табаком и каким-то химическим одеколоном.

— Куда едем, бугор? — спрашивает водитель.

— На хазу, — говорю я.

Он кивает головой и трогается с места.

Приезжаем мы быстро. Место знакомое, тот дом, где я впервые с ним встретился. Значит, это и есть «хаза». Я, конечно, уже немного понимал местный воровской жаргон, но скорее интуитивно, чем полностью осмысленно. Поэтому и слегка напрягся, пока мы ехали.

В незнакомом здании ориентироваться сложнее, да и о Хорьке забывать не хотелось.

Поднявшись в «свой» кабинет, я приказал двум, сопровождающим меня «торпедам», «созвать всю кодлу».

Поначалу они непонимающе на меня уставились, но потом один из них уточнил:

— Типа, актив строчить будем?

Не до конца поняв, что он имел в виду, я лишь многозначительно кивнул головой.

Бойцы сорвались с места и побежали выполнять задание. Теперь дело за малым, объяснить всем, почему мы так резко выдвигаемся. Ну и успеть вовремя. Мой звонок в милицию был ранним утром, так что стражи должны успеть подготовиться.

Вообще, принцип «анонимок» кажется мне очень странным и непонятным. Любой человек может донести на кого угодно, сам при этом оставаясь анонимным. Причём, любые его слова, даже самые бредовые будут проверены в полной мере.