Мяч круглый. Испанский дебют

— Война вот-вот начнётся из-за футбола. Сам слышал — этот переводчик говорил! Они покурить выходили, а я Лобановского ждал, как вы велели.

— Интересно. А давай-ка, Александр, прокатимся до библиотеки, посмотрим, как парни там устроились.

Новое здание для футбольного аналитического центра строить не стали — взяли да и пристроили к библиотеке коробочку двухэтажную двенадцать метров на двенадцать. Все спокойно и влезли, вместе с машинистками. Далеко ещё до компьютеров с принтерами.

Приехали — всё чистенько, светленько. Разве чуть стройкой попахивает — то ли краской, то ли ещё чем. В новых помещениях всегда такой дух витает.

— Кто тут про Гондурас переводил? Рассказывайте, — спросил выстроившихся у столов вьюношей.

— Я, — поднял руку похожий на Анджелу Девис. Не цветом кожи, причёской. Кучерявый, нестриженый года три. Ишь, авангардист! Ну, скоро Брайтнера страна узнает — миллионы будут пытаться одуваны на головах отращивать. Плойки, что ли, запасать начинать?

— Как зовут тебя, мой лохматый друг?

— Петром, — попытался пятернёй вихры поправить. Поправил, превратил в лохмотья.

— Рассказывай, тёзка.

— 6 июня 1969 года в Тегусигальпе, это гондурасская столица, состоялся первый матч отборочного турнира на Чемпионат Мира в Мексике со сборной Сальвадора. Счёт — 1:0. Там по регламенту им предписано провести две встречи за выход в финальную часть, а если каждая сборная выиграет по разу, будет назначен третий. Беспорядки возникали и во время первого матча, и после него — некая гражданка Сальвадора даже застрелилась, заявив, что не может пережить такого позора своей страны. Ну, и поехало… А 15 июня состоялась вторая игра в Сан-Сальвадоре. Сальвадор обыграл Гондурас — 3:0, и вот во время этого матча беспорядки достигли совсем уж угрожающих масштабов. Избили гондурасских футболистов и болельщиков, пожгли флаги соперников. По Гондурасу же прокатилась ответная волна нападений на сальвадорцев, включая двух вице-консулов. Вообще посольским досталось.