Хочу с тобой [calibre 4.99.4]

— Хотя бы одна победа в этом беспощадном сельском квесте.

— Как вступите в наследство, будет проще.

— Надеюсь. Землю я не отдам. Надо, чтобы уже это поняли. Единственный способ отобрать — это пристрелить меня. Способы борьбы меня не пугают. Мой отец не для того всю жизнь здесь батрачил, чтобы мы всё похерили из-за лени или страха.

Понедельник начался как обычно — с общения с юристами.

После разговора выхожу на крыльцо, закуриваю и оглядываю улицу. Со Златой мы ругались недолго. Смысл? Фиговая банальная ситуация.

В какой-то момент я просто ушел в душ, освежился и отпустило. Как бы там ни было, больше всего во всей этой истории меня поразила не измена Златы, не постельный подвиг Зуева, с которым мы вечно соперничали. Снюхались эти двое за моей спиной — флаг им в руки. Любые отношения рано или поздно заканчиваются. Не слевачила бы она — когда-нибудь слевачил бы я. По сути, Злата просто первая сдалась. Похер, так даже интереснее.

Ох уж эти игры в моногамию.

Поразила меня собственная неадекватная реакция. Это ж надо так психануть. Неудивительно, что мозг отказался запоминать тот беспредел. Я на столь сильные эмоции в принципе не способен, достаточно стрессоустойчив. Уж поверьте, с моей работой кризис-менеджера это необходимо. Но есть и у меня ахиллесова пята. Почему-то вдруг показалось, что я вновь в прошлое попал. Или в семь лет, или в семнадцать, когда меня, выпнули под зад ногой учиться, без обратного билета.

Тогда я ничего не мог поделать. Но сейчас-то могу.

Улыбаюсь. Но как-то невесело. Скорее жутковато. В последнее время столько всего произошло, что я не успел подумать о самом глобальном вопросе: почему отец изменил решение и сделал наследником именно меня?

После моей пламенной речи, когда я набухался лет в шестнадцать и заявил, что ненавижу его и желаю ему сдохнуть в канаве, думал, мы больше никогда не увидимся. Вы можете сказать, что так оно и случилось: мы не увиделись.

Но на самом деле, данное утверждение не совсем верно. Взять, например, это крыльцо деревянное. На котором я стою. Кулак его самолично мастерил. Укладывал камнями ограду. Десятки раз перестраивал дом. Отец много работал руками, и он тут повсюду. В каждом дереве. В каждой улице. В воспоминаниях каждого жителя хутора, да и станицы тоже.

Кулак всегда что-то мастерил, строгал, точил, и мы с Родионом толклись рядом. Когда в десятом классе я уехал учиться в Краснодар и поселился в квартире, на стенку лез от количества свободного времени.

Итак, отец сильно повлиял на меня. Но у него не получится испортить мне жизнь. Поэтому больше я не допущу ситуаций, способных меня уничтожить. А из той сделаем выводы и пойдем дальше.

Охренеть, пьяный сел за руль, полетел догонять...

Качаю головой, прищуриваясь от дыма. Затягиваюсь крепче. Торкнуло меня сильно, что тут скажешь. Такие вещи нельзя забывать.

На крыльцо выходит отец Златы.

— Данил, доброе утро.