Рождение Клеста

Вот чего я никак не ожидал, так это того, что встречать нас выйдет сам староста. Интересный был такой мужичок: сразу видно, что в этой деревне он в авторитете. Рубаха — не самая безнадёжная, а на голове — хоть засаленный, но картуз. Подпоясан вышитым ремешком, а не просто пеньковой верёвочкой. На ногах — обувка из кожаных ремешков, напоминающая наши военные сандалии, а не лапти лыковые, как у босяков. На лице — мягкая рыжеватая щетина, которая сворачивалась в колечки. Руки он держал за спиной, а глаза, наклонив голову, прищурил так, словно решал про себя: то ли сразу начать над нами глумиться, то ли уважение проявить.

— А кто ж вы такие будете? — спросил этот яркий персонаж напористо и голову переложил на другое плечо. — Откель такие красивые?

Ясное дело: намекал он на солнышкины амулеты, висевшие сегодня на её груди с особым изяществом. Как это у этих женщин так получается???

— Из Гренплеса мы, — ответил я.

Он сразу же переключил всё внимание на меня:

— А к нам зачем пожаловали?

— Мы тут проездом. Мы едем дальше, — и я назвал ложный конечный пункт. — Голодуха в городе, жрать нечего, а работы не стало.

— Ну-ну, — насмешливо отозвался авторитет и кивнул на девушку. — А побрякушки такие зачем нацепила?

— У меня сестра — ведунья, — ответил я с нажимом. — Людей лечить умеет. Хотите, за еду мы вам вылечим кого-нибудь? Больные есть в селе?

Мужик не торопился отвечать, осматривая нашу компанию.

— А это кто? — кивнул он на Малька.

— Свояк мой, муж сестры, — ляпнул я, чтобы не тянуть с ответом, которого у меня в запасе не имелось: ведь Малёк с вожжами в руках на слабоумного никак не походил…

Мой друг едва с облучка не свалился, а Солнышко издала некий звук, в последний миг догадавшись, что меня вот тут, на глазах старосты, убивать нельзя ни в коем случае.