Друг твоего отца. Телохранитель для принцессы

— Что ты здесь делаешь? Почему ты голый?

— Ты кричала, — отвечает таким же хриплым голосом. — Твой крик разбудил меня, я прибежал убедиться, что все в порядке.

— Мне приснился плохой сон, — меня всю передергивает от воспоминаний.

Тимур по-прежнему не отнимает своих рук, придерживая за плечи, и я начинаю чувствовать себя неуютно в этом прикосновении.

— Извини, что разбудила, — говорю искренне, и аккуратно пытаюсь выбраться из его рук.

Он замечает мои потуги и снимает ладони с моей кожи, которая странно горит в местах, где он прикасался. Странно, неуместно. Это раздражает. И я злюсь, но не на него, а на Матвея, который его сюда прислал. Злюсь ровно до того, пока не вспоминаю его мертвое лицо из сна. И в этот момент на меня резко и совершенно непрошенно накатывает рвотный позыв. Я только и успеваю, что зажать рот ладонью, вскочить как ужаленная и пулей рвануть в туалет.

Тимур стоит, опираясь на косяк, дожидаясь моего возвращения. Я выхожу из ванной бледная как смерть, и только теперь понимаю, что он не обнажен, на нем боксеры. Это все мое больное воображение, рисует не то, что надо и смещает фокус.

— Ты в порядке? — спрашивает, внимательным взглядом осмотрев меня с головы до ног.

Я только теперь понимаю, что одета ничем не лучше. На мне футболка Мота и больше ничего. Это асолютно неуместно.

Хмыкаю и киваю. Более чем. Токсикоз пожаловал. Дерьмово, но предсказуемо. Читала, что это вроде хороший знак. Если есть токсикоз, есть беременность. Значит фасолинка там в порядке, несмотря на всю неразбериху в жизни мамы и папы.

— Это то, о чем я подумал?

— Да.

Какой смысл юлить и скрывать после того, как меня вырвало при нем.

— Пиздец.

Мой взгляд из растерянного мигом становится хищным.

— Я думала слово на букву П, которое должно было прозвучать, звучит как “поздравляю”.

— Хм, ну да, — его взгляд суровеет, и он, кажется, тоже накапливает градус злости. — Я польстил сельскому дурню ранее, сказав, что он умен. Он кретин.

— Не начинай, — угрожающе выставляю палец вперед, но Тимура это только веселит.

— А то что, отругаешь? Лучше потрудись объяснить, что здесь опять происходит. Какого черта ты, беременная, торчишь здесь как Рапунцель в башне, а он где-то шароебится опять.

Я устало закатываю глаза.

— Что ты хочешь услышать? Локации и декорации сменились, а сеттинг тот же. Мы по-прежнему под прицелом, он по-прежнему ищет у кого. Поймали людей, которые в ответе за покушение на папу. Это единственное что изменилось с тех пор, как мы расстались и каждый из вас схлопотал по пуле.

— Ты не думала обратиться в полицию с этим?

— На усадьбу твоей матери полиция и приехала. Полицейский и всадил пулю в Матвея. Так что нет, к сожалению, эта опция мной не рассматривалась. И я доверяю своему опекуну.