Вознесение [ЛП]

— Я говорила кое о ком другом.

— А щёки почему такие розовые?

Я с трудом сглотнула.

— Это всё шампанское, само собой.

Едва уловимый ветерок пронёсся по комнате, погасив свечи. Но лунный свет всё равно озарял Самаэля.

— Лгунья. Знаешь, у меня ведь есть способы выведать правду.

Он бросился в мою сторону так быстро, что я едва могла за ним уследить, но в следующее мгновение он встал коленями на кровать передо мной. Его руки скользнули по моим бёдрам, и он устроился между моих ног, стоя на коленях.

Он наклонился, упираясь руками по обе стороны от моих бёдер. Его тёмная, животная сторона проступала наружу, заставляя мою кровь взреветь.

— Ты маленькая грязная лгунья, — промурлыкал Самаэль, и его бархатный тон скользнул по моему телу. — Готова сложить меч?

Я сделала глубокий вдох. Мы начинали вести очень опасную игру, но я не хотела останавливаться.

— А почему бы тебе не сложить свой меч? Ты явно очень переживаешь о том, что я о тебе думаю, иначе не упорствовал бы в этом вопросе. Почему бы тебе не признать, что моё мнение важно для тебя?

— Хмммм, — его лицо находилось близко к моему, и я смотрела в эти огненные глаза, не уступая им в свирепости. Во мне трепетал страх, но тепло его чувственной магии пересиливало всё. Его истинное лицо проступало на поверхность, на щеках сверкали золотистые завитки, но я всё равно продолжала смотреть, выдерживая его интенсивный взгляд.

Самаэль скользнул руками вверх, стиснув мои запястья и пригвоздив меня к матрасу.

— Думаю, тебе всё ещё нужно научиться честности, — от его доминирующего тона перехватило дыхание. Он наклонился ближе, опустив губы к моему уху. — Просто признайся в том, как сильно ты меня хочешь.

Мои груди набухли под шёлком халата, изнывая и желая его прикосновения. Его мощная грудь нависала прямо надо мной. В такой близости полная сила его магии шипела на моём теле, и её интенсивность была почти невыносимой. Я чувствовала, как её электризующий жар омывает меня, кружит по моим бёдрам, пробегается по ногам. Во мне нарастало напряжённое томление. Я обхватила ногами его бёдра.

Его губы дразняще замерли у моего горла.

— Ты говорила обо мне. И мне не верится, что ты считаешь меня посредственным. Можно уже признать это официально.

Если бы мои руки не были прижаты к матрасу за головой, я бы, наверное, притянула его ещё ближе.

— Честно говоря, потребности твоего эго поражают, — моё дыхание сбивалось, учащалось. Самаэль полностью доминировал надо мной, и я улыбнулась, наслаждаясь каждой опасной секундой. — Это слово, посредственный, реально задело тебя за живое, да? Можешь признать, что тебе небезразлично моё мнение и, следовательно, небезразлична я. В этом нет ничего постыдного. Ты не считаешь меня какой-то заурядной смертной.

Его губы скользнули по моему горлу, его дыхание распаляло меня. Я хотела, чтобы он прижался ртом к моей коже. Вместо этого Самаэль сказал:

— Я же говорил, я никогда не сложу меч первым.

Он испепелял меня тёмным плавящим взглядом. Ноющая нужда нарастала между моих бёдер, пока жар его магии ласкал меня, лизал между ног. Моё тело сделалось чувствительным, каждый дюйм кожи изнывал без его прикосновений.

— Твоё сердце бешено стучит, — прошептал он. — Твои зрачки расширены. Тебе нравится, как я выгляжу.

— Это реакция страха, — пробормотала я.

На мгновение Самаэль показался совершенно растерянным — я даже пожалела, что сказала это.

— Возможно, — добавила я.

В его огненных глазах заплясало веселье.

— Я просто хочу вспомнить, что именно ты сказала. Эротически мучить, верно? Кажется, лицом вниз, задницей в воздух, и притом связанная. Тот ещё образ, Лила.

Я резко втянула воздух, мои щёки горели.

Самаэль отпустил мои ладони и приподнялся, стянув с себя рубашку. Я опустила глаза от интенсивности его взгляда, когда его первобытная сторона проступила на поверхность. Так что вместо этого я смотрела на совершенство его груди, высеченной рукой Бога. Я хотела провести руками по его точёному прессу, но это ощущалось бы как капитуляция.

— Хммм, — я провела кончиками пальцев по его прессу. — Весьма соответствует. Наверное, это достаточно для твоего эго. Соответствует.

Как и в моём сне, Самаэль положил две подушки в центр кровати. Запретное желание вибрировало в моём теле, пока я предвкушала его прикосновение. Очевидно, мне надо почаще его раздражать.

Его взгляд медленно скользнул по мне, и Самаэль потянулся к поясу моего халата. Одним быстрым движением он развязал его и сдёрнул прочь. Мой халат слегка распахнулся. Под ним у меня ничего не было, кроме трусиков.