Ботаничка [CИ]

— И какой им смысл гнать к тебе шпиона, если они могут своей деревянной армией твой отряд в блин раскатать. Погоди еще немного, соберутся с силами и всю округу под себя подомнут.

— Ты знаешь, сколько у него деревянных? До двухсот уже настрогал. А у меня в половину простых и это если вообще всех, кто может держать оружие соберу. Нет уж. Я лучше людей поставлю ров копать. За стенами отсидимся.

— Толку с твоего рва, а за стенами тебе сидеть еще года три не больше. Округа и так вымерла. Последние люди от тебя убегут. Вам уже сегодня жрать нечего.

— Не твое дело! Учить меня пришел, а сам-то знаешь, как с деревянными справиться?

— За одну ночь.

Глаза у Эргау налились кровью, так озлился на незваного гостя. Припожаловал он, учить их уму разуму, а того не знает, что Якоб уже имел случай нарваться, когда выслал отряд в разведку. От отряда один человек вернулся, да и того отпустили, чтобы донес: воевать с чародеями, что против ветра…

— И что ты предлагаешь? — унял злость Эргау, уселся на лавку против гостя и сделал специальное лицо: говори, говори, а палача я все равно кликну.

— По темному времени они врастают.

— Ну и? Лето на дворе. За одну ночь мы их ни по чем не спилим. Даже если половина останется, нам конец.

— Зачем пилить? Достаточно на стволе вырезать руну. Когда проснутся, помеченные пойдут против своих же. Тебе останется только дождаться, пока они друг дружку переломают.

— А как в темноте отличить обычное дерево от этих? То-то. С факелами возле замка бегать, хозяева тут же свой отряд выставят.

— Я укажу, на каких руну резать. Там дел-то на рыбью ногу. Даже если кого и пропустим, твои добьют, и местный отряд на твою же сторону встанет. Люди там так исстрадались, ноги тебе целовать станут.

— Складно стрекочешь. Да только не верю я тебе. Откуда ты вообще такой взялся?

— Из Льежа. Остальное тебя не касается. Я тебе княжество, ты мне чародея.

Эргау опять забегал вдоль стенки. Светлые курчавые волосы запеклись никогда не мытой шапкой. Жирные щеки вздрагивали в такт шагам. И так и так поворачивал мозгами. С одной стороны — сплошная выгода, да еще какая! С другой — доверить дело первому встречному, все равно, что волку отару овец.

Серый хотел есть. Неделю он пробирался по заросшим старым дорогам, припасы, что дал с собой Николай кончились. В последний день пришлось охотиться, да дичи в лесу осталось мало. Звери учуяли близкую ворожбу и давно разбежались. Серый удовольствовался подбитым бурундуком. И не такое приходилось есть. Так что метания хозяина Эргау его больше раздражали. Ну, побегает он еще немного, но страх перед будущим и жадность все равно пересилят, на все согласится. Быстрее бы уже.

Якоб наконец пришел внутри себя к какому-то решению и опять уселся против гостя.

— Ну, допустим, я тебе поверил. Пришли мы в Нордгау, затаились, дождались ночи, да только близко от замка засаду не устроишь, в поселения тоже заходить нельзя, враз шум поднимется, придется залечь на дальних подступах. А пока мы по темноте да оврагам будем к замку пробираться, и ночи конец.